В последнее время Украина проводит успешные атаки по ранее неприступным объектам. У россиян – объективная необходимость перестроить и увеличивать плотность ПВО. Но есть ли резервы? И на сколько увеличить? Кратно? Это невозможно. Интенсивность атак дронами и ракетами растёт динамичнее…
Пропагандистский нарратив, оправдывающий насильственную ассимиляцию коренных народов, обычно сводится к упрощённой формуле:
«Куда вы со своим никому не нужным региональным языком? Вот русский — глобальный, с ним да».
Разберёмся спокойно и по существу…
Владимир Путин понимает и использует силу дат. Полномасштабное вторжение в Украину не случайно началось на следующий день после 23 февраля: война была представлена актом не агрессии, а защиты, исполнением исторического долга…
Кто-то готов за независимость отдать жизнь, а кто-то нет. Кто-то сдает Париж, чтоб сохранить город для будущих поколений, а кто-то оставляет врагу выжженную пустыню. И каждый по-своему прав. Проблемка только в том, что, если бы все сдавали свои города, то Париж так бы и не стал свободным. Чтобы Париж жил, кто-то должен сжечь свою землю и умереть на ней. Такая вот страшная диалектика…
Увидеть ту бездну зла, на котором стоит и стояла Россия, и осознать свою родовую причастность к этому злу, к этому длящемуся веками преступлению. Так что спасибо, но я не хочу в это фальшивое и лицемерное прошлое, где мое благополучие стояло на крови, беспамятстве и вековом унижении человека…
Если «погрешность» в моих прогнозах – те самые два-три года, то момент истины (когда или уход Путина и мир с Украиной, или глобальная война в Европе), должен наступить в 27-м…
Сейчас в стране вдруг стало так неуютно, что кажется, будто хуже уже всё равно не будет. Таков главный внутриполитический итог СВО…
Я была против кандидатуры Шевченко, как на позицию секретаря, так и на позицию заместителя. Анастасия лично писала посты «не сяду за стол с таким-то участником», финансово зависима от Михаила Ходорковского, не может считаться нейтральным аппаратным сотрудником. Никто не мешает ей работать в ПАСЕ представителем Ходорковского, но битва была за представительство всей платформы…
За эти годы развернулась вдруг дискуссия о том, уж не является ли наш кратчайший призыв «Нет войне» слишком соглашательским, будто бы недостаточно различающим агрессора и жертву. И не надо ли его заменить на нечто более воинственное. Но когда мы говорим «нет войне», то призываем остановить агрессора. Это всегда слоган в поддержку жертвы. И я верю, что у украинцев и россиян есть по-настоящему общие интересы…
И мужик говорит: «А-а-а! Вон что! Ну я думаю, что дело тут ребята не в смартфоне, а в том, что у вас плохие отношения, вы ненавидите друг друга, надо вам улучшить отношения, я вам сейчас помогу…»
За эти четыре года я наслушалась историй и обычных людей, чьи судьбы война перевернула. Их имена не попадут в хроники СМИ, но и их жизнь разделилась на «до» и «после»…
Ничего нового я сказать про войну не могу. Все сказано. Я также не буду углубляться в тему коллективной ответственности и тем более – вины, вина – очень личное чувство, но я могу в который раз попросить прощения у украинцев и Украины за то, что страна, которой я столько лет платила налоги, стала страной-убийцей…
Репродуктологи говорят, что и мужчины, и женщины буквально теряют способность к деторождению из-за стрессов и условий, в которых они живут. Действительно, попробуйте зачать ребенка, когда в вашей квартире 8 градусов и нет электричества. На языке вертится слово «геноцид» — а как это еще можно назвать?..
Мы получили сотни тысяч гробов, разрушенные города, экономический кризис, санкции и миллионы сломанных жизней. Ни один из желаемых Путиным результатов не достигнут…
Чтобы получить теоретические шансы, надо взять этот ядерный элемент, вооружить им Нарышкина, чтоб он треснул Путина ядерной бимбой по башке. Иначе его применить нельзя…
Четыре года назад, в ходе ночного выступления рыбьеглазого лидера, за час до того, как бомбы начали падать на Киев, Харьков и Днепро, в голове вертелась лишь одна мысль – миллионы заплатят цену за это преступление, и мир уже никогда не будет прежним…
Читаю самарских блогеров – никто про дату начала полномасштабного вторжения не вспомнил. Трубы у них текут в подвале, трамваи холодные и в МАКСе чет плохо аудитория набирается…
Его можно остановить, просто перестав ему помогать. Не спешить исполнять преступные команды. Не обслуживать пропаганду. Опыт Германии показывает: потом, через годы, станет мучительно больно понимать, что мы наделали и как многие «просто жили своей жизнью»…
Война чудовищна, и каждая ее жертва вызывает скорбь. Но если бы четыре года назад украинцы сдались, как их призывал Путин 24 февраля 2022 года, я думаю, мир все-таки был бы хуже, чем нынешний. Зло было бы еще сильнее…
Ответа до сих пор нет. Столько смертей, столько горя, столько разрушений, столько ненависти. И конца этому не видно…