Путин не хочет заканчивать войну. А мы – зачем нам это?
Четыре года назад я не мог поверить, что моя страна нападёт на страну моих предков, потому что Путин решит, что ему это нужно для удержания власти.
Умом я всё понимал, знал, видел предупреждения, а поверить не мог. Два месяца непрекращающегося шока. Потом свыкся: человек, увы, привыкает почти ко всему.
Я начал помогать. Украинцам и тем россиянам, кто против войны.
Оружие, фронт, участие в боевых действиях – не моё. Я уважаю тех, кто выбрал этот путь, но по ряду причин не могу. Да и мои личные ресурсы на фоне того, как ежедневно сгорают сотни жизней и гигантские деньги, тоньше комариного писка.
Зато могу делать другое: гуманитарка (на стене – благодарности), антивоенные инициативы, работа с военнопленными, поддержка политзаключённых, помощь антивоенным эмигрантам, адвокаты, визы, контрпропаганда, экспертиза, расследования эпизодов гибридной войны… Делаю что могу, чтобы потом было чуть меньше стыдно за то, что это случилось. За то, что от нашего имени — имени всех россиян — убивают и грабят.
Если бы мне кто-то сказал тогда, что это продлится четыре чёртовых года… и что это ещё не конец.
Четыре года два народа убивают друг друга, потому что одному преступнику нужна власть.
Счёт потерь – чудовищный. Миллионы искалеченных судеб. Миллионы украинцев живут зимой под ударами по энергетике, в холоде и темноте. Это невозможно понять. И невозможно было вообразить.
Путин разрушил Украину и угробил саму идею «нормального русского мира» – мира, где почти 300 миллионов людей считали русский язык и культуру своими или близкими. Вместо этого – ненависть на поколения. Зачем?
Россия, которая ещё недавно пыталась догонять технологический авангард, всё глубже уходит в зависимость от Китая и его орбиты: сырьё туда – со скидкой, товары – оттуда. Хочешь заниматься наукой и технологиями – уезжай. Альтернатив почти не остаётся. Ради чего?
Путин не хочет заканчивать войну. А мы – зачем нам это?
Его можно остановить, просто перестав ему помогать.
Не спешить исполнять преступные команды. Не тащить на себе «срочность». Не обслуживать пропаганду. Не делать вид, что «это не про меня». Это звучит скромно, но в сумме работает.
А если есть воля и решимость, можно и жёстче: помогать тем, кто не хочет убивать и умирать, саботировать военные заказы, не участвовать в милитаризации вокруг себя. Способов – много. Важно одно: перестать быть винтиком.
Опыт Германии показывает: потом, через годы, станет мучительно больно понимать, что мы наделали и как многие «просто жили своей жизнью». Смотреть придётся в глаза соседям и собственным внукам.
А пока пошёл пятый год позорной войны.