Любой протест в России — это безусловное благо. В авторитарной среде огромная часть людей держит свои настоящие взгляды при себе — они смотрят на окружающих и видят «все согласны», и сами публично соглашаются, хотя внутренне могут быть против. Это создает иллюзию единодушия, в которую верит и власть, и сами сомневающиеся. Каждый думает, что он один такой, и молчит, чтобы не оказаться изгоем…

Когда ты пятый год в эмиграции, не можешь вернуться домой, потерял профессию, работу, город, много чего потерял, о чем даже писать не будешь, то все эти «Путин не знает, он хороший, я за Россию» вызывают желание сплюнуть.
Но это мое личное и личное многих людей. Но!..

Я уже несколько раз говорил, что выступление Бони – вещь хорошая и очень полезная. И всё-таки оно не идеально. И дело даже не в том, что там почти нет прямой критики Путина, – это как раз не обязательно, я вообще не уверен, что её аудитория к такой критике готова. Дело в другом…

Политическая риторика всё больше походит на скабрезно-угловатые шоу, а значит, каждый шоумен или шоувумен может попытаться поиграть в политика. И не без резонов…

Христолюб много раз ему говорил, что, если будут притеснения, то он объявит голодовку. Отец считает, что он мог умереть только от голодовки, но повеситься ему бы не позволили его религиозные взгляды…

Я хорошо знаю два базовых возражения: 1) поражение РФ невозможно, 2) а может быть, и без поражения как-нибудь потом начнется «неохрущевщина», и из ГУЛАГА людей выпустят, и «Ивана Денисовича» дадут опубликовать. Прекрасно зная эти возражения, я спрашиваю себя: надо ли мне следовать их логике?..

Что будет, если прямо сейчас война закончится? Проблема №1 — сразу начнется экономический шок от сокращения военных расходов. Военные расходы сегодня — около 7–8% ВВП по официальным данным, и где-то в районе 10–12% по реальным. Кремль отчаянно пытается скрыть реальные цифры…

К сожалению, идеология нераспространения ядерного оружия является той лакмусовой бумагой, на поверхности которой легко и непринужденно проявляется неоднозначность того доброго «старого миропорядка» (Потсдамского мира), который многие любят противопоставлять злому «новому порядку» Трампа-Путина…

Главный вопрос, который поднимала на встрече — гуманитарные визы для россиян в изгнании. Про Боню я тоже сказала пару слов в контексте неприятия политики Путина со стороны россиян. По-моему, пример отклика ее аполитичной аудитории на политическую повестку суперпоказателен…

И как эту жертву фашизма оценивать — непонятно. Изображать перед товарищами своего и предавать их, как делал Третьяков, поступок отвратительный. Но ведь жертва гестапо…

Скептическая позиция в данном случае предсказуема: если ООН не смогла остановить войну России против Украины, почему она должна оказаться более действенной в случае конфликта между США и Ираном? Однако эти ситуации не полностью тождественны…

Главная проблема, насколько я разбираюсь, заключается в полном непонимании того, с кем, собственно, ведется диалог. Пишут, что Моджтаба Хаменеи, новый рахбар, «одобрил поездку делегации» в Исламабад. Как он ее одобрил, не приходя в сознание, прямо с аппарата ИВЛ, с того света — кто знает, учитывая, что никто его с 28 февраля не видел…

Пожалуй, самый хрестоматийный пример революции, начавшейся с попытки навесить проблемы подданных непосредственно на верховного правителя, — это революция 1905 года. Тогда переключение из режима «апеллируем к царю» в формат «свергаем царя» произошло практически мгновенно…

Естественно, это происходит задним числом: и Popcorn Books давно нет, и законы про ЛГБТ приняты после того, как в России печатали «нетрадиционные книги». Это совершенно определенное предложение поделиться бизнесом с «новыми гетеросексуалами» из числа чекистов. Такое важное предприятие для построения традиционного общества, как книжный бизнес, никак нельзя оставлять частникам…

«Эксмо» поддержало путинскую агрессию на полную катушку. И видит бог, это мешает мне огорчаться сегодняшним неприятностям издательства гораздо сильнее, чем полмиллиона рублей, на которые оно влёгкую обворовало меня в далёкие довоенные годы…

Казалось бы, стольких прав уже лишили, чего ты по волосам плачешь. Но каждый раз, когда отбирают очередное право — расстаюсь с ним, как в первый раз…

Была страшная психологическая катастрофа — нас предали. Нарратив, что «армия не проиграла в поле, ее предали политики и евреи в тылу» объединил разочарованных ветеранов. И ветераны не разоружились…

К этому приговору странно было бы относиться как к юридической процедуре. В авангарде репрессий такой приговор – не самое страшное, что случается с людьми в сегодняшней России. Судя по динамике, всех «иноагентов» в скором времени осудят — это такая пропагандистская акция, никак иначе к этому относиться не стоит…

То есть интернет из права превращается в привилегию для определённых слоёв общества. Пока выходит, что если вы работаете на власть или у вас есть деньги — то выход вы найдёте. Но если в эти категории вы не попадаете, то, простите, придётся как-то жить без интернета…

После того, как Бастрыкин призвал проверить «Вредные советы» Григория Остера на соответствие традиционным ценностям, стало ясно, что папа жесткий и не простит. Лучше было сворачивать в холодильник…