Лев Владов

Они действительно в полшаге от власти. То есть это не просто электоральная победа без перспектив на власть. Такое у них уже было: и в Саксонии были такие сценарии, и в Тюрингии были такие сценарии. То есть выиграть просто в выборах, но не пройти во власть, потому что все остальные собираются вокруг и создают собственную коалицию — в этом уже премьеры не было, это уже происходило раньше. Возможно, это, кстати, сейчас тоже произойдет. Но де-факто у них есть как минимум две стратегии получить власть, и все остальные вместе взятые не смогут этого предотвратить…

Понятно, что война – это сейчас такое прибыльное дело. По сути, это уже бизнес. В принципе, и с начала самого, я думаю, это было бизнесом. И где бизнес, где деньги, там есть люди, которые хотят эти деньги заполучить. И как раз из-за того, что есть такое огромное количество чатов, огромное количество публичной информации, собственно, есть и те люди, которые хотят заполучить выплаты, гробовые и все прочее…

Должен быть некий орган, институция, которая бы защищала и представляла права вот таких людей, то есть граждан России и Белоруссии в том числе, которые находятся вынужденно за ее пределами. Те политики, которые сегодня выступают, или так называемые «политики» — они все ориентируются на Россию. А нужно ориентироваться на людей, которые живут здесь сейчас и будут еще вынуждены жить дальше…

А теперь представим: экономика России находится в том состоянии, в котором она находится. У людей все меньше возможностей. Родственные, дружественные какие-то связи — то есть все связи с Европой рвутся, потому что нет возможностей. То есть на каждый приезд сама логистика и финансовые ресурсы становятся неподъемными. То есть мы друг друга делаем… В эти сложные времена, особенно когда дипломатия молчит, то есть вообще дипломатии нет, мы разрываем связи между обычными людьми…

Поймите меня правильно, я не хочу сказать, что Европа делает все, что она делала до сих пор за последние 4,5 года, абсолютно правильно, и лучше никак нельзя было. Лучше, конечно, можно было. Европа наделала множество ошибок. Но конкретно в этой части, там, где удалось прекратить какие-то энергоресурсы закупать у России, вообще что-либо закупать и таким образом снизить количество денег, которое в распоряжении Москвы для войны в Украине — вот здесь, с моей точки зрения, Европе надо сказать спасибо, а не критиковать…

Я всегда выступаю за то, чтобы использовать правильное определение слова «поддержка» — то определение, которое используют Z-каналы. Они говорят: «Если в уличном опросе ты сказал, что за войну – это не поддержка. Если на кухне или в офисе у кулера ты говоришь: «даешь Киев!» – это не поддержка. Поддержка – это когда ты даешь деньги, собираешь деньги, волонтеришь. Поддержка всегда равно действие». Как только мы используем их собственное определение, то, по их собственным словам, количество поддерживающих войну падает до 7%…

Вот как бы ни хотелось нам отдать ответственность, когда власть тебе говорит: «Я все делаю правильно. Ты делай, ты иди убивай, ничего страшного. Я беру на себя ответственность. Ты иди там работай, собирайте дроны эти, вонючую народную оборонку. Я беру на себя ответственность», нельзя ее отдавать. Ее очень хочется отдать. Ее нельзя отдавать. Ее нужно сохранять для себя. Потому что это чрезвычайно важно. Все равно что горб на себе носить. Но это нужный горб, который на тебе носится…

У Европы нет стратегии окончания этой войны. У Европы, я думаю, даже и не может быть стратегии окончания этой войны. Но тот путь, которым Европа идет, по крайней мере, последние полгода — он, на мой взгляд, целесообразный. Это активное участие в переговорном процессе. Это даже навязывание себя в качестве стороны переговорного процесса, в качестве посредника. Это давление на Россию для того, чтобы Кремль и в первую очередь Путин признали субъектность Европы…

Это просто интересный показатель того, что это действительно супер какая-то, как это ни парадоксально звучит, незрелая отрасль, в которой нет почти никаких правил, каждый там сам для себя пишет какие-то вот эти манифесты из 8, 20, 40 пунктов о том, что можно, что нельзя…

Фрагмент эфира от 09.07.26

Дефицит на рынке топлива — это, безусловно, проинфляционный фактор. Это мы говорим сейчас, в июле, а в октябре, после выборов в Госдуму, будет очередное повышение тарифов на услуги естественных монополий, что тоже является проинфляционным фактором…

Давайте вот по поводу «что бы ему ни говорили» я скажу в очередной раз: перестаньте использовать продукты VК. Я не знаю, каким образом уже это все донести до читателей, до зрителей, до слушателей. 95% всех посадок за слова в интернете связаны с этой компанией так или иначе. 95, блин, процентов! Каждый день кого-то сажают, штрафуют, наказывают за слова в VК…

Вот посмотрите, если по железной дороге, например, идут составы с топливом, которое делают белорусы. Туда им отправляют российские компании сырую нефть, а там два завода нефтеперерабатывающих, Мозырский и Новополоцкий. Оттуда нефтепродукты начинают возить. И вдруг мы видим: по составам с цистернами с нефтепродуктами идут тоже дроновые атаки украинцев. И поэтому цепочка поставок нарушается…

Я много раз слышал от людей, которые прошли через СИЗО, колонии или спецприемники, о том, что у тебя всё сконцентрировано на том, чтобы с как можно меньшими потерями оттуда выйти. Ну то есть не потерять здоровье, не потерять там, я не знаю, в умственном развитии, не потерять в физическом состоянии и все прочее. И ты на это заточен. На это заточены передачки, на это заточено общение с сокамерниками, на это заточено взаимодействие с администрацией, если оно какое-то есть, ну и так далее. В принципе, я могу сравнить людей, которые сейчас живут в России, вот с таким нахождением…

Левая повестка сегодня, наверное, на 80% деколониальна. Это разговор о колониализме. Тут скрывать не будем. Ленин много говорил о колониализме. Я понимаю, что я, наверное, вызову страшную ненависть комментирующих, но мы не можем отрицать того, что Ленин-то был, в общем, антиколониалист…

Не надо надевать шоры. Не надо быть продуктом зомбирования. Мир шире, богаче, ярче, и он должен быть открытым. Россия живет в закрытом мире: ничего нельзя. Слова произносить нельзя! Дошли до того, что нельзя произносить слова, они под запретом. С каким трудом люди выезжают из России, чтоб попасть, например, в Европу, как было раньше. Не потому, что они хотят там жить — они хотят увидеть что-то другое, новое, увидеть то лучшее, что есть в других местах…

Когда мы говорим, что мы коми, это очень опасная тема, которая, мне кажется, ставит под вопрос как раз таки размеры Российской Федерации. Я сейчас буду, наверное, очень неаккуратно высказываться, но, тем не менее, это то, вокруг чего строится идентичность россиян во многом — что вот у нас самая большая страна, мы там столько-то поясов занимаем…

И тут такая немножко шизофрения, что неудивительно для российских властей. С одной стороны, это какие-то маргиналы, ни на что не влияющие. С другой стороны, почему-то главный законодательный орган Российской Федерации ежемесячно, иногда несколько раз в месяц принимает какие-то новые законы, чтобы их штрафовать и наказывать…

Я недавно разговаривал с родственниками на Северном Кавказе. Под Минводами в деревне живет семья моей тещи. И там… восемь лет Славику. Он подошел к трубке. А у них первый раз объявили воздушную тревогу — никогда до этого не было. Туда залетел какой-то украинский дрон, попал в химический комбинат, и в школе занятия отменили. И мальчик говорит мне: «Как они достали! Ты не знаешь, как они достали своими вот этими дронами. Они уже достали!». Я подумал: вот, ничего не меняется. Люди живут как-то, а внешние силы постоянно пытаются испортить им жизнь. А они постоянно пытаются сделать так, чтобы их жизнь была только их жизнью…

Китай хочет переориентировать основной источник своего дохода извне своей страны вовнутрь и заставить свое население потреблять больше и больше. Такой вот консьюмеризм на максималках. Это то, что Китай хочет видеть от своих граждан. И, соответственно, из-за этого выходят разные интересные анекдотические приемы китайского руководства, которые выглядят как купоны на покупку айфона, лишь бы люди покупали и за счет этого увеличивали китайский экономический рост…