Дмитрий Лобойко

Паттерн универсален: элиты создают закрытые пространства разврата не ради секса (его можно купить проще), а ради сетевого капитала. Совместный грех – клей системы. Компромат – страховка от предательства. Доступ к телам – маркер принадлежности к избранным. Эпштейн отличался от Кривошеина только масштабом…

Самое горькое во всей этой истории – не грязь, а наивность. Люди, профессионально занимающиеся анализом власти, производством смыслов и моральной философией, оказались неспособны увидеть зло, сидящее с ними за одним столом. Они искали в Эпштейне мецената эпохи Возрождения, а нашли Мефистофеля с чековой книжкой…

Ключевая ставка 16% при инфляции 5,7% — приговор для инвестиций, покупки жилья, развития бизнеса. Экономика работает на сегодня, не на будущее. Для населения: сбережения съедаются инфляцией быстрее, чем накапливаются. Ипотека недоступна. Предпринимательство рискованно. Остается найм в госсекторе или оборонке. Мобилизационная экономика — это сужение горизонта возможностей до участия в одном большом проекте…

Технологическая инфраструктура выстроена так, что результат остается предсказуемым. Тем, кто не вписывается в правила, показывают кейс «Яблока». Играть можно, но правила написаны не вами…

Особенно показательна ситуация с абитуриентами. Июль — август превращаются в зону юридической турбулентности: школа окончена, аттестат получен, но приказ о зачислении еще не подписан. Формально отсрочки нет, и восемнадцатилетний оказывается в правовом вакууме между двумя статусами. Государство получает удобное окно для пополнения призывных квот именно за счет тех, кто планировал продолжить образование…

Социальная механика оказывается удивительно устойчивой во времени. Те, кто «из нужды» шел в бурлаки в XIX веке, и те, кто по тем же причинам отправляется сегодня туда, где платят за риск, движимы схожими мотивами – когда особого выбора нет, человек готов рисковать здоровьем и жизнью за относительно неплохой заработок…

Возможно, именно поэтому исчезновение экспертных организаций, способных анализировать избирательную статистику, не случайность, а закономерность. В мире, где цифры важнее фактов, независимый анализ становится неудобным свидетелем…

Шутка о том, что «мы рождены, чтоб Кафку сделать былью», уже давно не смешная. Российское законотворчество, если присмотреться к нему пристальнее, даже опережает антиутопическую литературу, вмещая в себя идеи множества писателей одновременно…

Поправки, которые готовится одобрить Дума — яркая иллюстрация того, как «технократический» язык может маскировать сугубо политические цели…

Можем ли мы увидеть кризис масштаба 2008 года? Да, но природой у него иная. Если центральные банки к борьбе с финансовыми шоками подготовлены сейчас лучше, чем 17 лет назад, то инструментов для быстрого восстановления разрушенных торговыми войнами производственных цепочек у мирового сообщества не существует…

Представители государственного аппарата изымают именно те книги, которые подробно анализируют механизмы функционирования репрессивного государства. Этот случай войдёт в учебники по политической теории как идеальная иллюстрация того, как практика подтверждает теорию…

Реформа максимально ограничивает автономию муниципалитетов. Про Европейскую Хартию местного самоуправления, которую Россия ратифицировала в 1998 году, теперь, пожалуй, можно совсем забыть…

За сухими цифрами скрывается более сложная реальность: «бедный» москвич с доходом в 70 тысяч рублей может чувствовать себя существенно менее благополучным, чем житель Дзержинска с доходом в 50 тысяч…

Повышение тарифов ЖКХ может сыграть роль катализатора. Если в отдельных регионах платежи действительно вырастут на треть, мы, вероятно, увидим новую волну локальных протестов. И повышение может стать лишь поводом для выражения более широкого спектра социального недовольства…

В конечном счете, «Патриот» оказался не просто политическими мемуарами, а своеобразным зеркалом нашего времени. Времени, когда книги становятся уликами, когда их читают за границей или хранят в тайниках. Когда слова значат больше, чем кажется на первый взгляд…

История учит нас, что выход из военного конфликта – это всегда болезненный, но необходимый шаг. Чем дольше затягивается военная авантюра, тем выше цена – и не только в человеческих жизнях, но и в разрушении самой ткани общества. Любая война, начатая без четкого понимания целей и стратегии выхода, неизбежно превращается в черную дыру, поглощающую ресурсы, жизни и будущее целых поколений…

Нас ждёт масштабное политическое действо, призванное подтвердить, что стратегический курс останется неизменным, несмотря на определенные экономические сложности и внешнее давление. А «временные трудности», как нам наверняка объяснят, это лишь подтверждение правильности выбранного пути…

Помните его «Шоссе в никуда»? Фильм о потере идентичности, о том, как легко человек может стать своим тёмным двойником, как зыбка граница между жертвой и агрессором. Сейчас эта картина смотрится почти пророчески – особенно если учесть, как многие сегодня охотно меняют свою личность на предложенную пропагандой версию себя…