Ирина Морозовская

Сегодня у нас траур. Ночью, от налёта мразей-убийц погибли две женщины и ребенок. И полтора десятка раненых, некоторые тяжёлые, среди них дети…

Мне кто-то в комментах недавно писал, что ненависть разрушает ненавидящего. Но не ответил на мой вопрос — где вы прямо сейчас находитесь? Потому что пережить такую ночь, а у нас их много, и не испытать ненависти к тем, кто всё это проделывает с нами, кто убивает нас — нереально…

Очень боюсь того, что многие предлагают поступать, отзеркаливая их поступки, что-де вот они так – а мы тоже так будем. А так нельзя, нельзя повторять за нелюдями, нельзя отталкиваться от их слов, потому что как раз для этого они и врут…

Нелюди выполнили задание и улетели к себе с кусками человечины в пастях. Похоже, эволюция не просто дала крупный сбой, а стремительно регрессировала в прошлое…

Мрази, пока могут, всеми силами стараются как можно больше навредить, разрушить, напакостить. Радуются, когда получается, хоть отчасти…

Раньше я долго думала над тем, насколько стоит бережными быть с людьми, даже несимпатичными. А теперь определилась – никто из припожаловавших со злорадными и гнусными комментариями к людям не относится, а так, притворяется. Да всякой нечисти свойственно же оборачиваться и притворяться – пока натура не возобладает…

За окнами завывают с полдюжины шахедов, громыхают очереди ПВО, ну и всё, что бывает, когда налетает целая стая, больше двух десятков летучих смертей. Всё совсем близко, ведь летят во все районы…

Пока что регулярные обстрелы по всей Украине только усиливаются, тьмы смертоносной нечисти, летящие на нас, гуще и плотнее. Утешение, что темнее всего перед рассветом, не очень работает посредине этой самой тьмы…

Жду отбоя со всей Одессой, а пока слушаю эти, противоестественные для жизни, звуки, а оно всё громыхает и взрывается. Наша война уже обогнала длиной Великую Отечественную, и всё об этом говорят умные комментаторы. Хватило бы жизни увидеть конец…

Говорят об таком теперь аккуратно, что-де было очень громко и очень долго. Как оно происходило я слышала и наблюдала через окно куреня. Как плывут по чёрному небосводу огненные медузы, плавно так меняя траекторию. А навстречу им – искры очередей нашего ПВО…

Как представляю, сколько там пластика, дерева, картона – на самом деле вещей, важных и нужных срочно, как это всё пылает, так ярость подымается из живота и выдыхается едким чёрным дымом пожарища…

А сбитие от прилёта я отличаю даже не на слух, а всем телом. От прилёта вздрагивает земли, да и вся Одесса. Как от любого удара живое существо. Мы вздрагиваем, многие матерятся…

Когда нет сомнений, что бьют по жилым кварталам. Когда ужас и жалость затапливают тебя и переливаются на улицы раненого города, как будто ими можно затушить пожары. Когда утром храбро пишешь друзьям и подругам, что ты-то в полном порядке. А и правда, ведь обошло стороной за целых два квартала…

Я не могу описать такое, и не скоро смогу. Я не могу написать, чего лично я и вся Одесса желаем отдавшим приказ и запустившим огненную смерть на город…

Не могу пока говорить о том, насколько разрушена моя собственная жизнь, сколько утрат и боли. Не оттого, что у многих – не меньше. Просто не могу, слова не складываются…

По заводам, где делают оружие и дроны. По всему, что обеспечивает и поддерживает эти удары по нам, и всё, что делается на фронте. Что желаю полного разрушения и военной базы их, и промышленности заодно. А по жилым кварталам – не стоит, мы ж не они…

Опять гремит, пишут – ПВО занято своим делом. И самолёты летают. В темноте их можно различить издали. Ощущение, что я себе отрастила инфразвук, как у летучих мышей. А ещё – здоровенные чёрные кожистые крылья ненависти…

Жара уже давно совершенно нереальная даже для лета. Это когда в 7 утра +32 уже есть, а света нет. Ужас охватывает, когда думаю о том, как там наши бойцы в окопах и обмундировании…

Это – постараться на каждый наш праздник обстрелять нас так, что невольно представляешь себе их, откладывающих баллистические ракеты: «Оставь, это на праздник» говорят они друг дружке…

Полезла в телефон, узнала, что есть много раненых и погибших. Среди них – медик и сотрудник ГЧСП, ехавшие на помощь пострадавшим от первого взрыва. Прилёты в дома и на улице. Сейчас 16 погибших и примерно 55 раненых…