Банкротства — это нормально. Но есть нюанс
Основатель школы для российских эмигрантов Le Sallay Сергей Кузнецов сообщил о ее банкротстве. Преподаватели заявляют о задержках и невыплате зарплат, родители учеников готовят жалобы из-за исчезнувших средств, внесённых за обучение. «Мы запустили школу в крайне неудачное время — накануне пандемии ковида и серии войн. Последнюю из них, войну в Иране, проект пережить не смог», — пояснил Кузнецов. По его словам, учащимся 2025/26 учебного года дипломы выдали, однако провести для них заключительную очную сессию руководство не смогло.
Банкротства — это, разумеется, нормально и не позорно. Бизнес — дело рисковое, может не получиться, и в этом может не быть никакой вины того, кто бизнес затевает. Не будь желающих рисковать, мы бы так и жили при первобытном строе.
Точно так же, мало какой бизнес может нормально развиваться только на собственных ресурсах. Для растущего бизнеса нормально привлекать сторонний ресурс и нормально, если бизнес банкротится, что те, у кого эти ресурсы были привлечены, тоже получат назад не все. Но есть нюанс. Нюанс вот какой — если эти ресурсы привлекались у них с объяснением того, насколько рискованны их вложения.
Нормально, когда сотрудник стартапа получает изрядную долю зарплаты опционами, которые могут ничего не стоить, если компания не взлетит. Он знал, на что шел. Не нормально, когда компания фактически начинает заставлять своих сотрудников, не важно, как они при этом оформлены, в штат ли, или через договор услуг, кредитовать ее на объем своей зарплаты.
Нормально, когда в случае банкротства кредиторы, держатели облигаций и акций компании получат не так много или ничего из того, что вкладывали. Вкладывались они в расчете на прибыль, причем, заметно более высокую, чем по казначейским облигациям. Перед вложением они могли ознакомиться с финансовым состоянием компании, вынести разумное решение о надежности заемщика или объекта инвестиций и о том, насколько уровень риска адекватен уровню предполагаемого дохода, а если они этого не сделали, то сами себе бакланы, а заемщик не виноват.
Но ненормально, если покупателя заставляют вносить предоплату в полном объеме и таким образом превращают его в кредитора, не извещая нормальным образом о рисках, с этим связанных. Это не то, что предполагает разумный и осторожный покупатель. Компания, разумеется, совершенно вправе сказать, что пока она на стадии роста, она предлагает свои товары и услуги только своим акционерам и кредиторам. Хочешь наших прекрасных пряников, изволь принять на себя финансовые риски по участию в строительстве линии по их производству и выходу этой линии на окупаемость. Но это должно быть эксплицитно объяснено, причем так, чтобы потенциальный покупатель был в состоянии понять, во что он ввязывается и какова вероятность того, что он останется и без пряников, и без денег.
Бизнесы запускают оптимисты и визионеры. Люди, которые верят, что все получится, несмотря на все риски. Им на это нужны ресурсы, а ресурсы, как правило, есть у душных сквалыг, которые не видят дальше своего носа. Если не раскручивать этих сквалыг на деньги, то так бы все их богатства и сидели бы под спудом без толку. Прогресс только потому и происходит, что стартаперы умудрялись все-таки выманивать деньги у душнил. Ну да, под приукрашенную легенду, а вы как хотели. А если не приукрашивать, то ничего никогда и не было бы. Душнилы просто не поверили бы в то, что все возможно. Про продажу коровы помните стишок? Вот и образ будущего надо продавать не в терминах «да мы молока не видали пока», а то оно и не случится. Именно так и думают многие стартаперы. Из такой школы мысли проистекает концепция fake it till you make it. Я уверен, что, например, Элизабет Холмс и Санни Бальвани, основатели Theranos, поначалу искренне верили, что них все получится и не собирались никого по-крупному обманывать. Только по-мелкому, для итогового блага и обманываемых, и всего человечества.
Но водораздел, на мой взгляд, пролегает в месте, где визионер решает, что он лучше знает, что душниле нужно и принимает решение за него, принимая меры, чтобы у душнилы сложилось превратное представление. Это, на мой взгляд, аморально.
Визионер может сколько угодно думать, что реальность такова, что он справится, дайте ему только второй шанс, а образ, складывающийся у душнилы, что ничего не выйдет — это когнитивное искажение, так что, своей маленькой ложью он как раз и складывает в мозгу душнилы правильное, истинное, а не искаженное чрезмерным пессимизмом представление, т. е. делает добро и душниле, и мирозданию. Но это, извините, равносильно назначению себя в мудрые сверхчеловеки, а тех, у кого выманиваются ресурсы — в глупеньких унтерменшей, чье предназначение в мире только в том и состоит, чтобы подтаскивать ресурсы для деяний великих и пусть вообще гордятся, что оказались причастны.
Ну и контекст тоже важен. Одно дело, когда, недоговаривая, заключают контракт на оказание персональных услуг с человеком с двойной степенью в финансах и юриспруденции, а он не сообразит, что на самом деле он подписывается под тем, чтобы беззалогово и беспроцентно кредитовать своего работодателя или берется предоплата на большой срок у миллиардера, и другое — когда на таких условиях нанимается садовник и продается что-нибудь воспитательнице детского сада.