Максим Курников

Фрагмент эфира от 05.05.2026

Фрагмент эфира от 05.05.2026

Фрагмент эфира от 05.05.2026

Фрагмент эфира от 05.05.2026

Блокировки никуда не денутся, не прекратятся. Праздничные практики могут благополучно распространяться на непраздничное время тоже. О чем жители Москвы хорошо помнят, потому что наиболее свирепые блокировки были во второй половине марта, когда мы ожидали, что, может, президент выйдет праздновать объединение с Крымом, а он не вышел, но весь центр Москвы зачистили и всем всё поотключали…

Несмотря на то, что сказанное Кутаевым, конечно, в позитив не запишешь, но, тем не менее, то, как ситуация развивается, мне представляется довольно позитивной историей. Мне кажется, что с появлением этой группы, этой квоты в платформе ПАСЕ разговор об имперском прошлом России, о ее имперском настоящем, о том, как чувствуют себя народы в России, стал другим. Разговоров стало больше, и они стали другими, они стали сущностнее…

Фрагмент эфира от 28.04.26

Фрагмент эфира от 28.04.26

Фрагмент эфира от 28.04.26

Война должна была прийти к этому рубежу. Когда ее начинали, она могла либо закончиться очень коротко, либо должна была стать войной для обеих сторон. Первые 3,5 года она была вообще войной только для одной стороны, для Украины. Для населения второй страны, России, это была не война, а колониальная экспедиция. А сейчас да, они затянули эту историю. И если война перекинется — а сейчас шансы такие уже есть — на следующий год, то это будет совсем другая история. Это будет история взаимных болей, обид и ударов…

Ты набрал огромный стабилизационный фонд, который тебя спас в 2008 году. На этой экономике ты прожил войну. Ты достигаешь своих политических целей, потому что экономика была рыночная. Она у тебя выстояла. Твой бизнес, собственно говоря, спас тебя в начале войны. Он тащит тебя вперед. Он дает тебе возможность, так сказать, тратить деньги, которые ты собираешь в бюджет. Почему ты хочешь эту курицу, несущую золотые яйца, зарезать? Вот откуда у тебя такое желание сварить суп из нее?..

Представьте себе, такие люди получили в руки все рычаги власти и управления и все ресурсы. Над ними нет того, что называлось на советском языке политическим руководством, то есть некоего навершия, которое должно балансировать интересы различных групп и следить, чтобы каждая группа выполняла свойственную ей функцию. По этой описанной нами нехитрой схеме Российская Федерация управлялась в течение предыдущих 25 лет. Это серьезный даже по историческим меркам срок. Мы сейчас видим, как ломается эта схема. Что придет ей на смену?..

Я, конечно, зашел, посмотрел все официальные документы, которые опубликованы на сайтах Следственного комитета и суда, и вы знаете, несколько вещей показались мне очень интересными. Первое — это то, что на сайте Следственного комитета я увидел рядом пресс-релиз о так называемом деле Макаровых. Это, конечно, очень интересное совпадение. Такое бывает в сериалах и в кино, и кажется, что это какой-то совсем дешевый поворот. Но дело в том, что дело Макаровых связано со мной непосредственным образом…

Эфир ведёт Вадим Радионов

Эфир ведёт Вадим Радионов

Утренний эфир с гостями

Авторитарные режимы, допуская на определенных этапах своего развития так называемую артикуляцию интересов, то есть жалобы, в том числе и публичные, никогда не допускают, пока они живы, агрегацию интересов, то есть выражение некоего политического предложения, которое должно сменить эти самые жалобы…

И турецкий, и российский, и венгерский режим научились не допускать на выборы каких-то людей, которые им не нравятся, но российский режим здесь, конечно, ушел далеко вперед. Однако есть одно важное отличие. Это отношение к выборам и к подсчету голосов. И венгерские коллеги наши, и турецкие наши коллеги говорят, что всякое возможно. Что снимут кандидата – к сожалению, возможно. Не пустят кандидата в медиа, которые покрывают большую часть аудитории в этой стране – к сожалению, возможно. То, что посчитают неверно – невозможно. Ни в Турции, ни в Венгрии. Это вызовет такой взрыв, такое общественное недовольство, что власти вряд ли будут рисковать. Это будет самое последнее, на что они решатся…

Понятно, что речь идет не просто о сакрализации войны той или сакрализации войны нынешней. Но на самом деле сама война, и нынешняя, – это инструмент легитимизации властью самой себя, как мне кажется. То, что произносится российской властью или то, что делается, каким образом это укрепляет представление о собственной легитимности? Если эта война действительно священная, если эта война за существование России и так далее, тогда получается, что человек, который эту войну объявил, это уже, простите, не просто госслужащий, а он уже имеет совершенно другой статус…

Фрагмент эфира от 14.04.26