Максим Курников

Эфир ведёт Максим Курников

Фрагмент эфира от 08.09.26

Фрагмент эфира от 08.09.26

Фрагмент эфира от 15.09.26

Фрагмент эфира от 15.09.26

Фрагмент эфира от 15.09.26

Нам надо будет с вами хотя бы попытаться разобраться в том, что происходит в больших войнах между организованными преступными группировками, различными департаментами Федеральной службы безопасности, иными силовыми структурами. Тут завязывается такой симпатичный очень узел. Его тем более увлекательно разгадывать, что совершенно нет кого-то, кому можно посочувствовать или пожалеть, или за кого поболеть. Тут это совершенно лишнее. Просто давайте посмотрим, что, собственно говоря, происходит…

Обратите внимание, насколько российские власти беспокоит то, что за рубежом есть какие-то лидеры мнений, есть какие-то политики, и они взаимодействуют с теми государствами, где они находятся, и что они субъектны. И российская власть, с одной стороны, говорит: «Ах, они там всё! Всё, они уехали, они оторвались. Они к нам не имеют больше никакого отношения, они предатели». С другой стороны, каждый месяц они проводят те или иные решения, которые касаются тех, кто уехал и продолжает участвовать в жизни России за рубежа…

Фрагмент эфира от 08.09.26

Я думаю, что украинская сторона так или иначе, конечно, подготовилась к тому, как эти спецпосланники будут в Москве. Мне кажется, что украинская сторона решила брать не только разговорами тет-а-тет, но и попыткой сделать какие-то контакты с украинским обществом, чтобы показать решимость украинского общества продолжать бороться за свою независимость. Здесь вопрос именно о независимости, в том числе, Украины, потому что Россия ставит требования такие, что она должна влиять на внутриукраинские вопросы. Ну и после всего этого мы слышали интервью Лаврова буквально вообще без каких-то приличий, в котором он сформулировал, что российская сторона видит Украину как буфер между собой и Западом…

Это инструмент, который, как мне кажется, направлен не столько даже на терроризирование уехавших, сколько на запугивание размышляющих об отъезде. То есть сообщение такое: уедешь – навесим тебе штраф, и по штрафу в тысячу рублей мы тебе заблокируем доступ к квартире и к банковским счетам, ничего не сможешь сделать, ничем не сможешь распорядиться. Это, вероятно, мера, которая призвана остановить тех людей, которые потенциально и, на самом деле, уже реально уезжают из Российской Федерации, потому что они опасаются того, что может там начаться после окончания голосования 20 сентября…

У президента Трампа и Соединенных Штатов, как политического субъекта в этой войне, получилось перейти из позиции стороны в позицию не-стороны. Это не значит, что это хорошо. Более того, для Украины это, скорее, тяжелая ситуация, особенно тогда, когда Соединенные Штаты то, что уже было обещано, по большому счету, недодали. Но действительно появился игрок, который может выступать посредником. То есть из позиции стороны в позицию посредника — это такой непростой переход, который, тем не менее, состоялся…

Российское руководство желает продолжать воевать. Одновременно оно стремительно приближается к пятому году войны. То есть вот уже скоро войне будет пять лет. Результаты не те, которые можно предъявить и на международной арене, и собственному населению. Хотя собственное население все больше и больше готово уже не ждать никаких объяснений, а просто желает безусловного прекращения того, что происходит. Но перспектив этого не обнаруживается…

Мы с вами не можем со 100-процентной уверенностью утверждать, что было причиной этого визита, что было сказано в этом визите и так далее. Тем не менее, я поделюсь с вами некоторыми сопоставлениями, которые делаю не только я, но и которые делают люди в разных посольствах, в том числе и в ведомствах для того, чтобы попытаться понять, что происходит и как им себя вести, и некоторой инсайдерской информацией, которая, я думаю, может быть здесь полезна…

Что здесь интересно? Во-первых, непоследовательность. Ее отметим. Зрелый, устойчивый, взрослый авторитаризм так себя не ведет. У него есть некий понятный набор правил, эти красные линии проведены, известны, что разрешено, то разрешено, все остальное запрещено. Это как-то более-менее понимается. Еще одна странность состоит вот в чем. Разрешение или терпимое отношение к происходящему, или с точки зрения последующих событий преступная халатность происходят внизу, а запрет происходит наверху…

Вот это нарушение нормальной жизни — которое до сих пор не называется войной, обратите внимание, до сих пор это называется специальной военной операцией, вот это нарушение нормальной жизни — один из главных итогов уже 2026 года. Нельзя сказать, чтобы в 2023, 2024, 2025 году все было вообще как обычно и война никак не чувствовалась. Чувствовалась, конечно. Но масштаб того, как это чувствуется в 2026 году — это точно один из итогов года. Что называется, когда будете подводить итоги, не забудьте это изменение…

Повтор фрагментов программы «Статус»

Это, мне кажется, фраза, которая может быть легендарной. Она, в общем, по описанию того, что действительно происходит в России, может соперничать с фразой «Парламент — не место для дискуссий», которая была сказана на тот момент спикером парламента. Вот так же, как и «Парламент — не место для дискуссий», так же и «О правах и свободах — в другом месте», говорит судья в суде. Обратите внимание: «О правах и свободах — в другом месте»…

Эфир ведёт Александр Плющев