Артём Клыга

Я постоянно говорю, что у запасников практически нет необходимости лично ходить в военкомат. Это та группа лиц, в отношении которой можно смело говорить: «не берите повестку, не ходите в военкомат»…

То есть Минобороны под видом существования специального контракта ведет прямую вербовку на войну по всем федеральным образовательным организациям. Как я и писал, это прямой путь на обычную военную службу, с которой нельзя будет демобилизоваться после окончания срока контракта. Ноль гарантий, что вы будете в войсках беспилотных систем. Спустя год вы можете оказаться на фронте в роли штурмовика. Таких историй лично я знаю сотни…

Контракт на один год, гарантированное возвращение к обучению, академический отпуск и служба исключительно в войсках беспилотных систем — это ложь. Фактически вы можете оказаться на передовой, в том числе в штурмовом подразделении. И в этом случае никакая Вышка вам уже не поможет…

В решениях, которые получают лица, которым отказано в предоставлении статуса беженца, нередко утверждается, что армия в России состоит исключительно из профессиональных военнослужащих. Все эти утверждения не только неактуальны, но и не соответствуют действительности…

Да, это именно про свободу слова, то есть про право не преследоваться государством за те высказывания, которые ты делаешь. Этой свободы нет в России и Беларуси, а теперь вот вы можете в режиме реального времени следить, как она исчезает в странах Балтии — членах ЕС и подписантах Европейской Конвенции по правам человека…

Несмотря на то что круглогодичный призыв, кажется, стоит на пороге, я по-прежнему не вижу какой-либо основательной подготовительной работы к нему…

Мне бы тоже очень хотелось порадоваться этому взлому, увидеть, что ограничения не накладывают, электронные повестки не рассылают и теперь снова наступит 2018 год, когда я смогу начинать консультацию призывника со слов: «Вам просто кинули повестку в почтовый ящик, можете на неё не реагировать». Но я не могу. Потому что по сути ничего не изменилось…

Что может сделать российский юрист в эмиграции? Прежде всего — рассказать о своей экспертизе другим юристам и организациям, которые ведут дела, где его сограждане выступают соискателями убежища. Но с кем нужно взаимодействовать? Кого слушают судьи европейских стран?..

Он раскрыл детали, сообщив, что мать Дианы говорила о раскаянии дочери и других музыкантов, о готовности извиниться за своё неразумное поведение и, например, выступить в госпиталях, где проходят лечение российские военнослужащие. К матери у меня никаких вопросов нет: когда речь идёт о спасении ребёнка, любые средства могут казаться оправданными. Вопросы есть к депутату Романову…

Решение о призыве теперь действительно на всей территории Российской Федерации. Ранее это прямо не было закреплено в законе, и данный пробел играл на руку призывникам. Теперь его не будет: смена военкомата учёта не повлияет на исполнение уже принятого решения о призыве…

Он эмигрировал из Баварии специально, чтобы не проходить обязательную воинскую службу. За это «преступление» его лишили баварского и немецкого гражданства и в итоге предписали самовыдвориться с немецкой земли…

Мне трудно представить, что даже в Москве Единый пункт призыва сможет осуществлять оповещение исключительно в электронной форме. Напомню, что в столице до сих пор не научились рассылать повестки в том виде, в каком это предписано Постановлением Правительства России от 19 апреля 2024 года № 506…

Как и ожидалось, никаких иностранных долларов и евро на осуществление политической деятельности в России у меня не нашли. Однако по нынешнему законодательству достаточно лишь находиться под «иностранным влиянием»…

Продолжается политика принудительного подписания на военные контракты срочников, что позволяет отправлять их на передовую…

Швейцарии вообще необязательно изобретать какие-то национальные правила, которые не позволят ей задержать и выдать Путина, находящегося под международным ордером на арест, в Гаагу…

Достаточно ли такой абстрактной угрозы для ограничения базового конституционного права? Конечно, нет. Любой тест на пропорциональность такое государственное вмешательство для защиты «публичных интересов» не пройдёт…

Помните, что выезд из страны — это крайняя мера. Сейчас в России всё ещё сохраняются способы не оказаться на службе по призыву и на войне легально…

это результат работы по наполнению реестра информацией уже не только из данных, которые могли бы храниться в личном деле в военкомате, но и из других органов (МВД, ЗАГС, образовательные организации, Фонд социального страхования, Пенсионный фонд России и других)…