Когда следующий лидер какой-то из европейских стран решит, что хватит, пора нормализовать отношения с режимом, этот сукин сын не такой уж плохой, предсказуемый сукин сын, и когда какая-нибудь российско-германская торговая палата посетит какой-нибудь форум по возобновлению сотрудничества, все они будут знать и помнить — это ваши лаборатории признали нынешний российский режим отравителями и нарушителями законов о химическом оружии, а проще говоря — убийцами…

Его оружие — это ложь и манипуляции. «Их там нет», «мы не бомбим гражданских в Украине», «да кому нужен этот берлинский пациент, чтобы его травить» — он врёт всегда. И всегда бьет исподтишка…

Ради сына можно даже в глазах чекистов подставиться – благо Путину нравится закручивание гаек и вряд ли он будет ругать Кириенко за то, что тот перегибает палку – даже если чекисты пожалуются. Да они и жаловаться не будут. Чекист, жалующийся на закручивание гаек, – не чекист, а недобитый тайный либерал…

Мне больно видеть, что произошло за 2 года с наследием Алексея. Слова «Прекрасная Россия будущего» звучат сегодня как несбыточный мираж и вызывают даже не снисходительную улыбку, а раздражение…

История Навального — это не только финал в арктической колонии, но и все те годы, когда в России заново учились протестовать, самоорганизовываться, спорить и смеяться над властью. Если у этой страны когда-нибудь будет шанс выйти из нынешней тьмы, то он будет опираться именно на этот опыт — а значит, память о Навальном остается не только моральным долгом, но и частью будущего, которого мы пока не видим…