Сергей Пархоменко

Я считаю совершенно правильным решение Александра Плющева проинтервьюировать бывшего немецкого депутата Шмидта и таким образом наглядно продемонстрировать зрителям отвратительную и лживую позицию партии АдГ. Для многих зрителей — и я один из них — было важно увидеть своими глазами, какие лживые и лицемерные аргументы предлагают деятели АдГ, отвечая на ключевые вопросы, которые были Плющевым открыто и решительно заданы…

Поводом для обвинения, по сообщению адвоката, стал один из постов. Вот я просмотрел этот ее телеграм-канал за тот месяц. Там много постов: в основном перечисления людей, нуждающихся в помощи, большей частью беженцев, с описанием пережитых ими лишений и горя…

Впрочем, история с косатками, которые охотятся на белых медведей, потому что «такая пищевая цепочка» – это уже, кажется, оно…

Вчера в разговоре с Александром Плющевым – это была традиционная понедельничная программа “Обсудим” на канале “Брекфаст шоу” – обсуждали, среди прочего, армянские новости и заявление Никола Пашиняна, что он “был бы рад”, если бы Армению исключили из ОДКБ…

Еще пяток таких эфиров, и мои французские собеседники постепенно начнут догадываться, что фараон воюет не только с украинским народом, не только с европейской цивилизацией, но и с собственным населением, между делом и в свое удовольствие…

А если не пускают временно к дяде Володе, спросите у вашей подружки Марго, с которой у вас такие нежные отношения, пусть она передаст ваш вопрос. Или у одного из бесчисленных холуев в Кремле, с которыми вы находитесь, как теперь всем известно, в интенсивнейшей ежедневной переписке…

Как добирался в Москву из далекой костромской деревни, боясь задержаний и арестов на вокзале. Как пробрался в Белый дом, благодаря узнавшему меня в лицо охраннику. И как три дня не выходил оттуда, наблюдая за событиями изнутри, передавая вместе с коллегами новости, которые стали самыми важными новостями мира в эти три дня…

Я все так же хочу, чтобы те, кто надеется воспользоваться этой трагической конъюнктурой, сыграть на этой солидарности и этом сочувствии, – заткнулись опять…

Может быть, они слышали про это, но не видели. Пусть запомнят. Может быть, это им предстоит искать его по миру…