Максим Курников: популисты, которые требуют прекратить помощь Украине, уже союзники Кремля

В программе «Что мы знаем» Максим Курников рассказал, что происходит на процессе по «Северным потокам» и как в Сербии продолжается борьба после победы «Студенческого списка». Он объяснил, почему Кремль раз за разом подаёт себя обиженной стороной и как диверсии в Европе работают на тех, кто против помощи Украине.

1. Если партия требует прекратить поддержку Украины, для Кремля она союзник, и неважно, правая она или левая.
2. Диверсии в Европе работают как предвыборная агитация против помощи Украине.
3. Кремль из десятилетия в десятилетие оправдывает свои действия старыми обидами на Запад, а разговоры о том, что «теперь всё дозволено», — это достоевщина.
4. Задержанным подросткам сразу предлагают контракт с Минобороны, и это уже похоже на системную кампанию по принуждению.
5. Защита на гамбургском процессе по «Северным потокам» доказывает, что взрыв не оставил Германию без газа: поставок к тому времени уже не было.
6. В слабых демократиях проигравшие выборы авторитарные политики часто возвращаются, если новая власть не решает старых проблем.
7. Единого «коллективного Запада» нет: переговоры по Украине идут сразу по нескольким независимым трекам.

Максим Курников вёл эфир простуженным, а главной темой стали обиды. Кремль годами строит внешнюю политику на них: НАТО обещало не расширяться и расширилось, Россию не взяли в альянс, временные базы превратились в ротационные. Теперь, судя по утечкам, Москва на переговорах снова требует того же, что и в 2021 году: отвести НАТО и запретить Украине и другим странам куда-либо вступать.

Обиженная сторона

В книге Эндрю Вайса «Случайный царь» много места отведено тому, как Путин смотрит на расширение НАТО. Там есть история про ульяновскую базу и про базу в Кыргызстане, которую сначала согласовали как временную, а потом продлили, и в Кремле опять почувствовали себя обманутыми. Нина Хрущева, которая когда-то работала ассистенткой у Кеннана, в лекции в Гааге описала эту схему точно: какой период ни возьми, советский, 90-е или 2000-е, российская сторона всегда находит повод обидеться и этой обидой оправдывает и военные действия, и диверсии, и нарушение договорённостей.

Безупречно никто себя не вёл, и Запад тоже. Но в ловушку Путина загоняет то, что он несменяем. Он договаривался с Клинтоном, потом с Бушем, потом с Обамой, и каждую смену курса принимал за очередной обман. У стран Балтии есть своя воля, и если они хотят вступать в альянс, это их выбор. А если обиду превращают в разрешение на всё, это, по словам Курникова, «достоевщина какая-то».

Переговоры без единого центра

Показательно, что на встречу у Мелании Трамп Россия отправила Яну Лантратову, известную резкими высказываниями и действиями в отношении украинских детей. Москва проверила, насколько вызывающе ей позволят себя вести, и выяснилось, что позволят: и украинская, и американская стороны теперь стараются кое-чего не замечать. В это же время в Украине добиваются проверки в отношении Давида Арахамии, который был в Белом доме в составе делегации: его обвиняют в том, что он якобы раздавал депутатам конверты с деньгами. Треков сразу несколько, и единого «коллективного Запада», который диктует Украине свою волю, нет. Это опровергает и кремлёвскую пропаганду.

Диверсии как агитация

Путину не нужно, чтобы европейские правительства что-то делали для России. Ему нужно, чтобы они перестали финансировать Украину, а именно это обещают AfD в Германии и партия Ле Пен во Франции. Поэтому Кремль и наращивает диверсии: перед выборами они станут лучшей агитацией за то, чтобы Европа отступила. Правые это популисты или левые, значения не имеет: кто требует прекратить поддержку Украины, тот уже союзник Кремля. Остановить это давление ЕС, скорее всего, не сможет, и до соглашения по войне оно будет только расти.

Эксперт по российской армии Павел Лузин, в отличие от Руслана Левиева, считает, что для конфликта с Европой большие силы не нужны. Достаточно ударить так, чтобы Европе было больно, но не настолько, чтобы её войска пошли на территорию России, а дальше прикрываться ядерным оружием.

Контракт вместо протокола

Принуждение к контрактам с Минобороны давно перестало быть «перегибами на местах». Сначала давят на срочников, их запугивают и пытают. Потом на тех, кто попал в руки МВД: подросткам, которых задержали в Москве, сразу предлагают подписать контракт. В некоторых регионах призывников уже ловят «широким бреднем».

Сербия и «Северные потоки»

Победа «Студенческого списка» в Сербии оказалась только началом. Самолёт с главой набсовета «Сербиягаза» Александром Вулиным развернули над Литвой и вернули в Белград, после чего прокуратура начала выяснять, кто отдал этот приказ. У новой власти мало управленческого опыта, а проблемы страны глубокие. В слабых демократиях проигравшему авторитарному политику вернуться — «вполне себе нормальный рабочий вариант».

На процессе по «Северным потокам» в Гамбурге защита Кузнецова не оспаривает сам факт взрыва. Она доказывает, что газопровод нельзя считать работающей гражданской инфраструктурой: свидетель от немецкого оператора подтвердил, что газ к тому моменту уже не шёл. Следов самого Кузнецова среди отпечатков и биоматериала, судя по всему, не нашли. Раньше февраля процесс вряд ли закончится.

Примирение и бескомпромиссность

Отвечая на вопрос о речи Ходорковского, Курников сказал, что он за диалог с теми, кто поддержал войну. В Испании, Аргентине и Чили национальное примирение было мучительным: диссидентам приходилось на камеру пожимать руки прокурорам, которые их преследовали. Но другой вариант — воевать. А российская нефть, которая всю войну идёт через Украину в Европу, напоминает о взаимной зависимости и о том, что те, кто требует от других бескомпромиссности, сами так себя не ведут.