Как безоружные люди остановили государственный переворот
К 35-летию победы первого «майдана» на территории СССР (Россия)
В августе исполняется 35 лет событиям, которые вошли в историю как путч ГКЧП. С 19 по 21 августа 1991 года группа высших руководителей Советского Союза попыталась остановить демократические перемены и сохранить СССР в его прежнем виде.
В Государственный комитет по чрезвычайному положению вошли вице-президент СССР Геннадий Янаев, премьер-министр Валентин Павлов, министр обороны Дмитрий Язов, председатель КГБ Владимир Крючков, министр внутренних дел Борис Пуго и другие представители советской верхушки.
В их распоряжении были армия, КГБ, МВД, государственное телевидение и практически вся силовая машина Советского Союза.
И всё-таки через три дня путч потерпел поражение.
Почему?
Чтобы ответить на этот вопрос, недостаточно вспомнить знаменитую фотографию Бориса Ельцина на танке. Победа над ГКЧП была подготовлена несколькими предыдущими годами — появлением массового демократического движения, опытом огромных московских митингов, созданием сети активистов и избранием демократических депутатов.
Одной из главных организованных сил этого движения стала «Демократическая Россия».
От перестройки к массовому демократическому движению
Когда в 1985 году генеральным секретарём ЦК КПСС стал Михаил Горбачёв, кризис советской системы был уже очевиден. СССР проигрывал Западу экономическое и технологическое соревнование, а общество всё сильнее требовало свободы слова, частной инициативы и возможности самостоятельно определять будущее страны.
Началась перестройка.
Были освобождены более двухсот политических заключённых. Ослабла цензура. Стало возможно проводить митинги и создавать независимые общественные организации. Одной из первых крупных организаций такого рода стала общесоюзное общество «Мемориал», потребовавшее осуждения массовых политических репрессий и восстановления памяти о миллионах погибших.
Затем появились первые относительно конкурентные выборы.
На выборах народных депутатов СССР 1989 года демократические кандидаты ещё составляли меньшинство. Но впервые миллионы людей увидели настоящую публичную политическую борьбу.
Следующим важнейшим рубежом стали выборы народных депутатов РСФСР весной 1990 года.
Мы с моими коллегами поставили перед собой задачу добиться на них победы.
Для этого был создан избирательный блок «Демократическая Россия», который затем превратился в массовое общественно-политическое движение.
Это принципиально важно для понимания событий августа 1991 года. «Демократическая Россия» была не просто группой известных политиков. Она объединяла депутатов, активистов, демократические организации и многочисленные территориальные структуры.
Возникала политическая сеть, способная не только участвовать в выборах, но и выводить на улицы сотни тысяч людей.
Перед выборами 1990 года в Москве прошли гигантские митинги. На Манежную площадь пришли около 200 тысяч человек. Незадолго до выборов состоялся ещё более массовый митинг на Садовом кольце — более 700 тыс. человек.
4 марта 1990 года кандидаты от «Демократической Россией» добились крупного успеха — их оказалось большинство на Съезде народных депутатов РСФСР. И в конце мая председателем Верховного Совета России был избран поддержанный “Демократической Россией” Борис Ельцин. А Моссовет стал почти целиком демократическим.
Сегодня может показаться странным, что новый демократический лидер России совсем недавно принадлежал к высшему руководству КПСС. Но тогда вся страна находилась в переходном состоянии. Даже многие участники «Демократической России» ещё сохраняли партийные билеты КПСС. Последовательные антикоммунисты и бывшие диссиденты составляли абсолютное меньшинство.
Главное было в том, что впервые внутри советской государственной системы появился альтернативный центр политической власти, в крупнейшей республике СССР.
Россия всё меньше подчинялась союзному руководству.
«Демократическая Россия» как политическая инфраструктура
За полтора года, прошедшие от выборов 1990 года до августовского путча, «Демократическая Россия» приобрела то, чего раньше практически не существовало в СССР: инфраструктуру массовой независимой низовой политики.
Существовал Координационный совет движения. Были районные координаторы, местные группы, депутаты, активисты по всей стране.
Был накоплен опыт проведения крупнейших митингов.
И главное — возникло доверие между политическими лидерами, общественными организациями и огромным количеством обычных граждан.
Это впоследствии стало одним из решающих факторов поражения ГКЧП.
К августу 1991 года люди уже несколько лет выходили на улицы. Они привыкли видеть рядом десятки и сотни тысяч единомышленников. Они привыкли обсуждать политику публично. Они участвовали в выборах и видели, что голосование действительно может менять власть.
Поэтому утром 19 августа 1991 года не пришлось создавать сопротивление с нуля.
Его организационная основа уже существовала.
Почему произошёл путч
К лету 1991 года распад старой советской системы резко ускорился.
На 20 августа было назначено подписание нового Союзного договора. Он должен был значительно расширить полномочия республик и превратить Советский Союз в гораздо более децентрализованное объединение суверенных республик.
Для консервативной части союзного руководства это означало фактический конец привычного СССР и возможную потерю своих должностей.
Она решила остановить процесс силой.
Утром 19 августа гражданам сообщили в новостях, что Михаил Горбачёв якобы не способен исполнять обязанности президента СССР и власть переходит к Государственному комитету по чрезвычайному положению.
На самом деле Горбачёв находился в своей резиденции в Форосе в Крыму, а его связь с внешним миром была силой прекращена.
В Москву вошли армейские части, танки и бронетехника.
В этот момент и проявилось значение созданной за предыдущие годы демократической инфраструктуры.
Утро 19 августа: заработала сеть «Демократической России»
С раннего утра Координационный совет «Демократической России» начал действовать.
Районные координаторы получали информацию и передавали её дальше — активистам и сторонникам движения. Людей призывали выходить в центр Москвы и прежде всего идти к Дому Советов РСФСР — Белому дому, где находились Борис Ельцин, российское руководство и депутаты.
Это обстоятельство чрезвычайно важно.
Мы часто говорим: «москвичи вышли защищать Белый дом». Но массовое сопротивление не возникло само собой.
Существовала организация, способная в первые же часы политического кризиса связаться с тысячами людей и дать им понятную точку сбора.
Существовали люди, которым доверяли.
Существовали депутаты, которые могли говорить от имени избранной власти.
Ельцин, председатель правительства России Иван Силаев и председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов объявили действия ГКЧП антиконституционным государственным переворотом.
Депутаты «Демократической России», в том числе имевшие армейский опыт, надев военную форму, выходили навстречу военным колоннам и разговаривали с танкистами. Они убеждали солдат не выполнять преступные приказы и не направлять оружие против людей.
И здесь произошло ещё одно принципиально важное событие: выяснилось, что армия вовсе не является единым механизмом, готовым безоговорочно выполнить любой приказ.
Часть военнослужащих не захотела выступать против граждан.
Несколько танков оказались возле Белого дома на стороне его защитников.
На одном из них Борис Ельцин зачитал своё знаменитое обращение, потребовав отмены решений ГКЧП, восстановления полномочий Горбачёва и призвав граждан к сопротивлению.
Фотография Ельцина на танке стала символом августа 1991 года.
Но за этой фотографией стояла огромная организационная работа тысяч людей.
Белый дом окружили граждане
В течение 19 августа к Белому дому приходило всё больше москвичей.
Они строили баррикады из автобусов, грузовиков и подручных материалов. Люди приносили еду, организовывали дежурства, распространяли информацию.
К вечеру стало понятно, что ГКЧП не удалось быстро подавить сопротивление.
В тот же день руководители путча провели знаменитую пресс-конференцию. Миллионы людей увидели растерянных чиновников и дрожащие руки Геннадия Янаева.
Вместо демонстрации силы ГКЧП показал свою слабость.
Но опасность оставалась чрезвычайно серьёзной.
20 августа: массовая мобилизация
Ельцин призвал москвичей прийти к Белому дому.
Снова заработала вся инфраструктура демократического движения. «Демократическая Россия» стала одним из главных организаторов массовой мобилизации.
У Белого дома собрались десятки тысяч людей. Они укрепляли баррикады и готовились к возможному штурму.
Это уже была не просто демонстрация политических убеждений.
Смысл присутствия огромного количества людей был совершенно конкретным: если ГКЧП решится арестовать Ельцина и разогнать российский парламент, силовикам придётся идти через толпу безоружных граждан.
Руководство ГКЧП действительно рассматривало возможность штурма.
Предполагалось использовать армию, подразделения МВД и спецподразделения КГБ, включая группу «Альфа». Самой опасной считалась ночь с 20 на 21 августа.
Защитники Белого дома ожидали нападения.
Но штурм так и не состоялся.
Военные и сотрудники спецподразделений понимали, что операция может закончиться массовым кровопролитием. Гарантированной готовности стрелять в граждан не было.
Именно здесь массовое присутствие людей приобрело решающее политическое значение.
Трое погибших
Однако ночь с 20 на 21 августа всё-таки принесла человеческие жертвы.
В районе тоннеля возле Нового Арбата люди пытались остановить колонну бронетехники.
Погибли три молодых человека — Дмитрий Комарь, Илья Кричевский и Владимир Усов.
Позже им посмертно присвоили звание Героя Советского Союза.
Их гибель показала, чем мог закончиться полномасштабный штурм Белого дома.
Утром 21 августа министр обороны Дмитрий Язов приказал вывести войска из Москвы.
Путч был проигран.
Почему ГКЧП проиграл
У ГКЧП было практически всё: армия, КГБ, МВД, государственные СМИ, огромный бюрократический аппарат.
Но у него не оказалось главного — политической поддержки общества и гарантированной готовности силовиков убивать ради сохранения старого режима.
Поражение ГКЧП объясняется несколькими причинами.
Во-первых, российская власть во главе с Ельциным немедленно отказалась подчиниться путчистам и создала легитимный центр сопротивления.
Во-вторых, десятки тысяч граждан физически встали между этой властью и танками.
В-третьих, армия и спецслужбы оказались расколоты: значительная часть военнослужащих не хотела стрелять в собственных сограждан.
Но был ещё один фактор, которому часто уделяют недостаточно внимания.
У сопротивления существовала организация.
За Белым домом стояла не только личная популярность Ельцина.
Стояли депутаты, активисты и структуры «Демократической России», Координационный совет движения, районные координаторы и сеть граждан, которая создавалась несколько лет.
В критический момент эта сеть сумела превратить политический протест нескольких руководителей России в массовое гражданское сопротивление.
Именно поэтому август 1991 года нельзя объяснить только знаменитой формулой «Ельцин встал на танк».
Если бы вокруг танка не оказалось тысяч людей — история могла закончиться совершенно иначе.
Первый «майдан» на территории СССР
Я считаю, что события августа 1991 года можно назвать первым «майданом» на территории Советского Союза — если понимать под этим словом массовый выход граждан на улицу в момент острого политического кризиса, когда их присутствие непосредственно влияет на исход борьбы за власть.
Но главный урок здесь не в самой площади.
Главный урок — в том, что площади предшествует организация.
Люди в Москве вышли в августе 1991 года потому, что несколько предыдущих лет они уже участвовали в митингах, общественных движениях и выборах.
Существовала «Демократическая Россия».
Существовали Координационный совет, региональные и районные структуры.
Существовали депутаты, избранные при поддержке этого движения.
Существовало доверие между общественным движением и частью новой российской власти.
И, наконец, внутри самого государственного аппарата уже произошёл раскол: далеко не все чиновники, офицеры и силовики были готовы защищать старую систему ценой массового кровопролития.
Именно сочетание этих обстоятельств позволило десяткам тысяч безоружных людей остановить государственный переворот.
Путч ускорил распад СССР
Организаторы ГКЧП хотели сохранить Советский Союз.
Результат оказался противоположным.
Срыв Союзного договора и попытка силового переворота убедили руководство многих республик, что оставаться в составе СССР становится опасно.
Процесс распада резко ускорился.
Через несколько месяцев были подписаны Беловежские соглашения, и Советский Союз прекратил существование.
Что это означает сегодня
Сегодняшняя Россия радикально отличается от России 1991 года.
Тогда несколько лет последовательно расширялось пространство свободы. Освобождали политзаключённых. Ослабевала цензура. Возникали независимые организации. Проходили конкурентные выборы. Сотни тысяч людей могли выходить на митинги и возвращаться домой, не ожидая массовых уголовных дел. И большая заслуга в этом принадлежит самому руководителю СССР — Михаилу Горбачёву.
Страх постепенно исчезал.
Сегодня происходит обратный процесс.
За мирный протест можно получить уголовное дело и многолетний срок. Независимые организации уничтожены или вытеснены из страны. Выборы перестали быть инструментом реальной смены власти. После начала войны против Украины масштабы репрессий резко выросли. Ситуация — очень похожая на ситуацию до 1985 года.
Поэтому просто призвать людей повторить август 1991 года невозможно.
Но опыт тех событий позволяет сделать другой вывод.
Авторитарный режим может долго выглядеть совершенно монолитным. Однако его устойчивость резко меняется, когда одновременно возникают три обстоятельства: раскол внутри власти, существование организованной демократической альтернативы и готовность большого количества граждан действовать публично.
Август 1991 года показал ещё одну важную вещь: массовое гражданское сопротивление не создаётся за один день.
Оно создаётся заранее — организациями, горизонтальными связями, независимой информацией, выборами, митингами и людьми, которые привыкли доверять друг другу.
В 1990–1991 годах одной из таких сил была «Демократическая Россия».
Именно поэтому у Белого дома встретились две России: старая, пришедшая на танках, и новая — пришедшая туда своими ногами.
Через три дня танки ушли.