Иначе быть, наверное, не могло
Очень неприятная ситуация вокруг дебатов Юлии Галяминой и Кирилла Мартынова. Я увидела, что будут дебаты, вздохнула, пошла в спортзал, надела наушники и послушала. Всё в наушниках было спокойно, в рамочках, без надрыва, без яростных обвинений, с реверансами и некоторыми не очень удачными репликами, на хорошую четвёрку. Ну, может, с минусом.
Дебатирующие покинули ринг… и тут, видимо, решили восполнить отсутствие должной зрелищности на нем. Стали обмениваться заочными ударами задним числом. Начал, по-моему, Кирилл Мартынов, как Путин буревестник, отправивший вслед Юлии добивающий. Потом, кажется, еще один. Юлия тоже терпеть не стала и разразилась разъяснением с заумными философскими ссылками. Это тоже было (на мой взгляд) не разъяснение, а предъява, как тот же Путин сказал бы, наверное.
Дальше началось самое противное: организованные группы людей (вот таких же комментаторов, как я сейчас, и еще наверняка кремлевских ботов, это так называется) организовались в колонны и шеренги и начали яростно примыкать к одной из сторон, всячески ругая и клеймя другую и ей симпатизирующих. “Сиди там, где ты, и заткнись” летело с обеих сторон. Голоса здравого смысла тоже звучали, но немножко тонули в проклятиях. Радовались грянувшей буре уж совсем неприятные, одиозные, персонажи и наверняка спецслужбы, задача которых всех ссорить и маргинализировать.
И, в общем, иначе быть, наверное, не могло. Люди просто не могут вести себя иначе. Уехавшие не могут предложить оставшимся уехать, оставшиеся не могут предложить уехавшим вернуться. Идея о том, можно ли сопереживать каждому конкретному агрессору, даже теряется среди нагромождения личностных обид и тягот (да что вообще и зачем говорить по этой теме после Ремарка?)
Что мне пришло в голову на выходе. Можно ли вообще дебатировать тем, кто в России с теми, кто вне ее на острополитические темы? Думаю, нет. В любом случае тот, кого могут посадить, лишён возможности соглашаться с оппонентом и полностью открываться, высказывая свою точку зрения. Тот, кого не могут – должен это понимать и играть в поддавки. Чувство обиды останется у обоих. Тут не должно быть никаких голосований.
Вопрос, как же тогда удержать расползающиеся континенты, не дать пропасти между двумя частями думающего народа не стать окончательной и роковой? Мне кажется, что дебаты могут быть на достаточно узко профессиональные темы и между доверяющими друг другу участниками. Между которыми есть та недоговоренность, которая безусловна: это неприятие агрессивной войны. О кино, об искусстве, о градостроительстве (я бы с радостью об организации тюрьмы с кем-нибудь с “той стороны” подискутировала, если нашелся бы такой смельчак).
Если ты недостаточно доверяешь собеседнику, сомневаешься в нем, если вами нет этой молчаливой связи-договорённости (“то,- о-чем-мы-не-можем-говорить-сейчас, но-мы-в-главном-согласны”) если ты хочешь непременно выиграть: чтоб либо оппонент согласился с твоей позицией, либо чтоб голосование было включено – не надо, пожалуйста, никаких дебатов. Какая их цель была, в конце концов? Какую истину найти?
Купить книгу Анны Каретниковой “Я — сотрудница ФСИН” на сайте “Эхо Книги”