Анна Каретникова

Я практически всю свою школьную бытность салют отдавала и равнялась на знамя то отряда, то дружины, когда его то вносили, то выносили. И особо не придавала значения этой мишуре до того, как началась война, правда, другая, и тут-то возникла наша подпольная политическая активность. И я допускаю, что европейский зритель ужаснётся, увидев, как дети учатся бросать гранаты – но мы постоянно этим занимались…

Между пытками, в полубессознательном состоянии, их вывозили в город, чтоб сфабриковать доказательства. Ну, «встретиться», например, друг с другом, что-нибудь передать под видеозапись, инсценировать задержание. А затем вывезли в Россию, и только после этого возбудили уголовное дело. Вывезли живых, а мёртвый якобы куда-то пропал. А через несколько дней после этого Украина вернула себе Херсон…

Тут такая чуточку пауза, кажется, будто её выдерживают специально, чтоб восхищение погибшей укоренилось, — и наносится ответный удар: а фигвам, это активистка за деньги (что бы это ни значило), старших детей у неё отобрали, а о младшего они с женой гасили окурки…

С Евгением Урлашовым мы познакомились в Матросской Тишине, на спецблоке. Он — редкий человек, который поставил мне задачу, с которой я не справилась…

Это поведанная неизбежными обиняками история маленького человека, к которому неумолимо приближается чёрный ворон, уже занесший своё колесо над несуразной судьбой. Короткий и смелый спектакль…

Задумалась, а насколько связаны недавние аресты активистов из числа коренных народов в РФ с обсуждением совсем в других кругах квот для коренных народов в представительстве России в ПАСЕ…

Сергей отбыл, вышел, заклеймил бывших товарищей по Болотной врагами и либералами, поддержал войну, проводил какие-то уж совсем маргинальные (на мой взгляд), неубедительные, ну, или традиционные акции в честь дня рождения Сталина, перековался, раз надо, но какую-то протестность проявлять было нужно…

С усопшим эшником Окопным у нас были какие-то странные отношения. Я была членом ОНК и не знаю, что он там думал про это общественное объединение, но, возможно, он и его товарищи воспринимали его как неизбежное зло, такую часть системы с противоположным знаком…

Директор ФСИН Аркадий Гостев назвал рискованной идею организации колоний для отдельного содержания террористов и экстремистов, напомнив о том, какую роль сыграли казематы в объединении декабристов…

Я не оправдываю терроризм. Я и подрыв Крымского моста не оправдываю: там погибли мирные люди, всё это тема для многих философских рассуждений, но я не люблю, когда погибают мирные люди. Но ответственность в любом случае должны нести те, кто совершал деяние, а теракт нельзя совершить неумышленно, так говорит закон…

За годы действенного общественного контроля, автором закона о котором был Валерий Васильевич, наблюдатели помогли тысячам заключённых, сотни — буквально спасли от смерти. Многим — не сумели помочь, хоть за каждого, о ком узнавал правозащитник Борщев, он боролся самоотверженно. На совещаниях, конференциях и прямо в тюрьме, в камерах арестантов и в кабинетах тюремного руководства…

Уважаемые сотрудники, мы недавно посчитали, что весной этого года во ФСИН, с учетом некомплекта, службу несло ну, скажем… чуть меньше 200 тысяч человек. А арестантов было чуть больше 300 тысяч. Прикиньте, получается, если на каждого сотрудника приходился хотя бы один невиновный арестант, то выходит, что две трети людей, проходящих “исправление” в системе – невиновны…

У меня много историй… и все они начинаются одинаково: жили в одном городе наши соотечественники. Мимо которых можно пройти, встретиться взглядом, и не узнать. И не узнать потом, что они давно сидят в тюрьме и, может быть, нуждаются в нашей помощи…

Штирлиц, мальчишка, нервно кури под лестницей, ты всё время был на грани разоблачения, а я-то, выходит, агентствовала себе вдоволь легко и непринуждённо!.. почти сорок лет! на пути меня постигал невероятный карьерный рост!..

Большинство из нас трезвость ума в данный момент не сохраняет, когда вместо сочувствия слышит обидные слова в свой адрес. А думает, что сохраняет. Но я просто чувствую, насколько болезненно реагирую на некоторые слова и поскорей перестаю спорить в открытом формате. Потому что ну действительно же мы тратим последние оставшиеся силы и нервы на ложную цель…

Люди просто не могут вести себя иначе. Уехавшие не могут предложить оставшимся уехать, оставшиеся не могут предложить уехавшим вернуться. Идея о том, можно ли сопереживать каждому конкретному агрессору, даже теряется среди нагромождения личностных обид и тягот (да что вообще и зачем говорить по этой теме после Ремарка?)…

Это был 1984 год. И, я думаю, сотни тысяч девочек (и мальчиков) в СССР разучивали первые свои три аккорда, вовсе не имея в виду ничего, кроме как играть и петь. Самовыражаться, радовать, нравиться, иногда – провоцировать. Но власть и её верные спецслужбы хорошо знают, откуда ждать беды. Или страхуются. Или выдумывают…

По их логике новый законопроект должен коснуться чужих, совершенно не интересных им детей бедных и наверняка нетрезвых родителей, и эти дети в какой-то дикой кукуевке бродят по насыпи в драных штанах и прикидывают, что сподручней, чтоб подзаработать: сперва закладку сделать, или состав под откос пустить?..

В целях достижения социальной справедливости – 7 лет лишения свободы. За то, что в Интернете написал. Про войну или про Путина…

У детишек всё будет неплохо. Беспредела не будет, строем всюду ходить не обязательно, неформальное общение между пионерами из разных камер немедленного наложения дисциплинарных взысканий не повлечёт…