Анна Каретникова

Верно коллега пишет, история будто из 1919 года. Но суд вынес приговор в 2025-м. Своеобразно вьет веретено…

Мне любопытно: а что думают авторы письма о том, что будет в постпутинской России? Точней, что они мечтают о своём возвращении? Что приедут и примутся всех стыдить и им выговаривать? Особо плохих – карать, с теми, кто так себе – профилактической беседой можно ограничиться? Что, мол, нужно было в тюрьме сидеть? Ну понятно же, что так не будет. Договариваться со всеми придется…

Получается, что один человек ответил за то, что вслух сказал то, что думают многие, кто воспитан в определённой традиции, а это именно так. Ну, затаятся и будут молчать дальше, а жить – так, как жили…

И некоторые из этих традиций да, не предполагают равноправного существования людей ЛГБТк, и женщин там тоже традиционно уважают… но только, к сожалению, не их свободу выбора. Ну и да, скажем мягко, антисионистская составляющая там тоже ого-го. Ну так это не сейчас же появилось, а и раньше было…

Общий смысл сводится к тому, что максимальный срок по частям 2 и 3 («Незаконный оборот наркотиков в крупном и особо крупном размерах») 228 УК РФ планируют снизить с 10 до 5 лет и с 15 до 10. А по первой части, тех, кто в незначительном размере что-то приобрёл и хранил, — мол, можно в тюрьму не сажать. Лечить надо. Казалось бы, какой гуманистический прорыв!..

Как-то я особо болезненно эту смерть переживаю, потому что работала с этим досье, поэтому слушала его проповеди, читала его слова, и да, мне хотелось бы узнать, почему этот милый, пусть странный, но позитивный и светлый, а главное — вполне себе здоровый человек вдруг умер в российской колонии…

То ли сказать «слава героям!» – тем, кто умеет уснуть, не желая думать о грядущем утре. То ли сказать: блин, а как это вообще-то такое случилось? Как мы это допустили?..

Ну и, естественно, про признание политзаключёнными лиц, участвующих в деятельности террористических организаций. Непонятно, что в данном случае защищают Минюст с ВС. Если в РФ политзаключённых нет, то и какая разница, кто кого как называет? Или это просто битва за чистоту термина, который следует употреблять только применительно к каким-то другим странам, не к России?..

Это вот именно движение «Мемориал», объявленное сегодня экстремистским, действительно выступает за насильственное изменение основ конституционного строя и (или) нарушение территориальной целостности Российской Федерации, публично оправдывает терроризм, возбуждает социальную, расовую, национальную или религиозную рознь…

Ну, а зачем это делается? Ну так чтобы окончательно запретить, очернить, заклеймить, поставить в один ряд с бедолагами-«сатанистами» (тоже международным движением), разорвать любые связи с Россией и её живым обществом…

Прихожу через два дня. У арестантов глаза по пять копеек, смотрят на меня как на привидение: им курицы-гриль принесли. Тут уже тюремный телеграф работает, все уточняют: в смысле – курицу? Реально курицу принесли? У вас там не эпидемия психическая?..

Значит ли это, что россияне заслужили то, что с ними произошло? Отчасти – я думаю, да. Я не отрицаю, что в любой стране всяк хочет жить спокойно, сыто и хорошо, хоть в государствах с более сильными демократическими традициями протестные движения не так маргинализированы. Ну, и еще вот так российская история сложилась, как сложилась. И тем не менее…

Через 8 лет вообще трудно сказать, что будет. Многих чинов во ФСИН и ГУФСИН по Москве уже не будет. А какой-то триллион, выделенный на федеральную программу развития УИС, продлённую на пять лет, нужно как-то начинать осваивать уже сейчас…

Я практически всю свою школьную бытность салют отдавала и равнялась на знамя то отряда, то дружины, когда его то вносили, то выносили. И особо не придавала значения этой мишуре до того, как началась война, правда, другая, и тут-то возникла наша подпольная политическая активность. И я допускаю, что европейский зритель ужаснётся, увидев, как дети учатся бросать гранаты – но мы постоянно этим занимались…

Между пытками, в полубессознательном состоянии, их вывозили в город, чтоб сфабриковать доказательства. Ну, «встретиться», например, друг с другом, что-нибудь передать под видеозапись, инсценировать задержание. А затем вывезли в Россию, и только после этого возбудили уголовное дело. Вывезли живых, а мёртвый якобы куда-то пропал. А через несколько дней после этого Украина вернула себе Херсон…

Тут такая чуточку пауза, кажется, будто её выдерживают специально, чтоб восхищение погибшей укоренилось, — и наносится ответный удар: а фигвам, это активистка за деньги (что бы это ни значило), старших детей у неё отобрали, а о младшего они с женой гасили окурки…

С Евгением Урлашовым мы познакомились в Матросской Тишине, на спецблоке. Он — редкий человек, который поставил мне задачу, с которой я не справилась…

Это поведанная неизбежными обиняками история маленького человека, к которому неумолимо приближается чёрный ворон, уже занесший своё колесо над несуразной судьбой. Короткий и смелый спектакль…

Задумалась, а насколько связаны недавние аресты активистов из числа коренных народов в РФ с обсуждением совсем в других кругах квот для коренных народов в представительстве России в ПАСЕ…

Сергей отбыл, вышел, заклеймил бывших товарищей по Болотной врагами и либералами, поддержал войну, проводил какие-то уж совсем маргинальные (на мой взгляд), неубедительные, ну, или традиционные акции в честь дня рождения Сталина, перековался, раз надо, но какую-то протестность проявлять было нужно…