Максим Курников: Кремль, похоже, хочет без мировой войны получить новую Ялту или Потсдам

В выпуске «Что мы знаем» Максим Курников говорит о закрытии «Новой газеты», возвращении сборной России на чемпионат мира по хоккею, совете США не злить Путина, брежневском духе форума «Россия — Африка», победе студентов в Сербии и о том, чего Москва на самом деле добивается в переговорах.

1. Ставки в переговорной позиции Путина не региональные, а континентальные: Москва стремится получить новый передел Европы, не начиная мировой войны.
2. Европа до конца не решила, чья это война — только Украины или всего континента, и Россия этим пользуется.
3. Суд обязал Международную федерацию хоккея вернуть сборную России на чемпионат мира, и это совпало с советами из США не раздражать Путина.
4. На форуме «Россия — Африка» говорили о борьбе с колониализмом на фоне золота, гербов и фотографии, где в центре один белый человек, а вокруг африканские лидеры.
5. В российском городе, который бомбят дроны, люди подавлены, и жажды мести не видно: здесь понимают, кто начал войну.
6. Рассказы Путина иностранцам о «первопричинах» войны — не стёб, а попытка снять с себя вину за войну.
7. В массовом сознании россиян колонизация Центральной Азии почти не отрефлексирована, и школьная литература здесь важнее учебника истории.

Максим Курников начинает выпуск с закрытия «Новой газеты», а заканчивает разговором о том, чего Кремль добивается на переговорах. Судя по тому, что знает редакция, ставки у Москвы уже не региональные, а континентальные: «без мировой войны получить себе новую Ялту или Потсдам». Снижать уровень требований российская сторона, похоже, не собирается.

Чья это война

Европа сама не решила, чья это война: только Украины или всей Европы. Если смотреть на линию фронта, воюют Россия и Украина. Если на то, кто даёт оружие и деньги, картина уже другая. Если слушать европейских политиков, которые говорят, что Украина воюет за европейские ценности, получается третий ответ. Добавьте к этому гибридные атаки и то, как на них отвечает Германия, и Россия с Украиной перестают выглядеть единственными участниками войны. Москва пользуется этой неясностью, чтобы перекроить весь континент.

При этом переговоры идут по разным каналам: действующие и бывшие официальные лица двух стран встречаются и ищут возможные позиции. Совместная гуманитарная миссия в Олешках, пусть и совсем небольшая, показывает людям, что такое вообще возможно.

«Первопричины» и чувство вины

Рассказы о половцах, печенегах и «австро-венгерском проекте» для иностранных гостей — не стёб, а попытка представить войну справедливой. Путин публично стесняется сказать, что начал войну, и ему важно переложить вину на других. Курников вспоминает тут стихотворение, которое приписывает Киплингу, — о рабе, который привык, что за его дела отвечает хозяин, и теперь ищет, на кого переложить вину.

Почему вменяемые европейские политики всё это слушают? Потому что на переговорах говорят не только о славянах, но и о газе, нефти и больших деньгах. И даже самые демократические страны готовы ради этого немного послушать псевдоисторию.

Хоккей и крыса в углу

Суд обязал Международную федерацию хоккея вернуть сборную России на чемпионат мира 2027 года в Германии. Федерация решение исполнит, но с ним не согласна. По регламенту, возможно, придётся чуть ли не убирать украинскую сборную. Вернуться должна и белорусская команда, а Путин и Лукашенко ценят хоккей, судя по всему, выше многого другого. Спорт в очередной раз показывает, куда качается политика.

Это совпадает с советом из США, чуть ли не из Пентагона, не называть Путина крысой, загнанной в угол. Эстония ответила, что сама знает, как говорить с Россией, но существование совета никто не отрицает. Сравнение с крысой взялось не на пустом месте: в первой биографии Путина есть история о том, как загнанная им в угол крыса бросилась на него самого.

Брежнев на форуме «Россия — Африка»

О борьбе с колониализмом здесь говорили среди золота, корон, люстр и тройных гербов. «Более колониальной фотографии представить себе трудно»: в центре один белый человек, вокруг лидеры Африки. Хвастовство цифровыми успехами тоже звучит знакомо. Россия и правда продвинулась, «особенно там, где не надо оглядываться на права человека». Но когда интернет в стране не работает, а лидер обещает делиться технологиями со всем миром, возникает ощущение 1982 года и выступления Брежнева. Даже официальные цифры товарооборота с Африкой сильно уступают цифрам других игроков.

Город под ударами

Жители одного российского города, где за неделю погибли несколько человек, рассказывают, что никогда не видели его таким подавленным. Подавлены даже те, кто поддерживал войну. Никто не кричит о мести: «все прекрасно понимают, кто что начал».

«Новая газета» и Сербия

Закрытие «Новой газеты» никого не удивило, удивительно было, как долго она продержалась. Школа газеты продолжится в «Новой газете Европа», «Важных историях» и других проектах её бывших журналистов. В Сербии «Студенческий список» победил и власть, и бывшую оппозицию, а энергия протеста не иссякла: студенты сами отмывают переходы Нови-Сада от граффити. Россияне, переехавшие в Сербию, рассказывают об этой победе со слезами: у себя на родине они таких выборов не видели.

Из ответов на вопросы

• Историю стоит читать по многим учебникам, «Даже Мединского», а также Пайпса, Акунина и Андрея Зубова.
• Колонизация Кавказа есть в школьной литературе от Лермонтова до «Хаджи-Мурата», а колонизация Центральной Азии в массовом сознании будто случилась сама собой.
• Ненависть между народами со временем стихает, как на Балканах или в Берлине. «Справедливо ли это? Нет, несправедливо.» Но именно поэтому можно жить дальше.
• Когда адвокаты выбирают тактику молчания, журналистам стоит это учитывать, но общественный интерес никуда не исчезает.