В Иране мы видим, для чего на самом деле российским властям нужен «устойчивый Рунет»
Внимательно слежу за тем, что происходит в Иране. Мыслей много — и, честно говоря, пока преждевременно делать большие выводы. Но о чем можно сказать уже сейчас — в Иране мы видим, для чего на самом деле российским властям нужен «устойчивый Рунет».
Что произошло?
Протесты начались 28 декабря 2025 года, а уже 8 января 2026 года страна ушла в почти тотальную интернет-тишину. Дальше — исчезают не только новости. Исчезает возможность проверить, жив ли близкий человек. И самое важное: исчезают свидетели. Amnesty и Human Rights Watch прямо говорят, что такой блэкаут помогает скрывать масштаб насилия и нарушений.
Почитайте истории диаспоры, которая неделями ловит редкие «окна» связи, чтобы услышать пару слов от родителей. Там голое человеческое бессилие.
Самое важное – как это было сделано? И кто помог?
Блокировки очень точные. Пока иранцы по всей стране отрезаны от сети, верхушка режима продолжает твитить, посмотрите сами.
Параллельно власти работают с белыми списками — оставляют минимум сервисов, чтобы государство и экономика не встали окончательно: сайты местных органов, внутренние переводы, банковские сервисы, работало даже приложение для поездок, на заправках продолжали проходить платежи. Ничего не напоминает?
Российские компании и практики много лет экспортировались в те системы, где государству нужен контроль над трафиком и перехватом. Вот тут Агентство очень подробно рассказывает, как Россия помогла Ирану осуществить самое масштабное отключение интернета в истории.
Теперь — неприятная, но простая часть про Россию.
У нас годами собирают инфраструктуру, которая позволяет сделать «как в Иране», только спокойнее и привычнее.
– Закон про «устойчивый Рунет» — дает государству механизм централизованного управления и «технические средства противодействия угрозам» у операторов.
– Есть и отдельный центр мониторинга и управления сетью связи.
– Проводятся учения «на случай внешнего воздействия», чтобы проверить, как будет работать инфраструктура при изоляции
– Параллельно зачищают лестницу вниз: запрещают распространение информации, «популяризирующей» обход блокировок (в том числе VPN). В 2025-м РКН отчитался о блокировке 258 VPN-сервисов.
И самое неприятное — это уже пробуют точечно, на пилотных регионах:
В январе 2024-го во время протестов в Башкортостане и в Якутии люди сообщали о проблемах с WhatsApp и Telegram, а местами — о проблемах с интернетом вообще, особенно рядом с судом.
Позже мобильный интернет ограничивали в Москве и Подмосковье перед массовыми мероприятиями, официально — «из соображений безопасности».
В 2024-2025 годах отдельные ограничения и «отключения на время» стали нормой и в оккупированном Крыму.
А летом 2025-го региональные медиа писали уже про ограничения мобильного интернета сразу в ряде регионов — от Московской и Ленинградской областей до Ростовской, Волгоградской и других. Это и есть испытания.
Обратите внимание на логику — она не эмоциональная, она инженерная.
1. Сначала создается правовая рамка.
2. Потом — инфраструктура управления трафиком.
3. Потом — регулярная тренировка отключений под видом «устойчивости».
4. Потом — сужение любых альтернативных каналов.
Поэтому, когда вам говорят «это ради безопасности», полезно спросить только одно: чьей именно?