Трясусь от стыда и злобы
Окончательное закрытие музея ГУЛАГа и возникновение на его месте «Музея геноцида советского народа» под руководством СВОшницы, конечно, страшная боль и стыд.
Отказ от правдивой памяти и минимального покаяния, пренебрежение жертвами и просто уничтожение труда людей, собиравших коллекцию, в которой есть, например, тюбетейка из детской пеленки, вышитая костяновой двоюродной бабушкой Бертой Лазаревной, проведшей в лагерях 15 лет.
Но еще более жгучий стыд перед теми, кто погиб с советской стороны во Второй Мировой.
Что же мы разрешили из них сделать!
Какой жупел, какое тотальное вранье, какой дуболомный инструмент власти.
Их страдания, смерти, боль — все отдано на потребу желанию власти показать, что теперешняя никому ненужная, уничтожающая соседнюю мирную страну, но и самоуничтожительная по сути, война ведется не просто так, а под угрозой некоего западного «геноцида» (одно из самых затертых слов последних лет).
Какое это имеет отношение к умершим в блокаде Ленинграда, к погибшим под Ржевом, да и к не погибшим, к кому вообще, кроме этой властной камарильи?
И, о Боже, какое же провидческое стихотворение Жени Беркович про деда!
Оно становится точнее с каждым днем. Это ужасно — но время работает на него, как с настоящей поэзией происходит часто.
И, да, не то чтоб никто этого тогда не понимал. Уже был термин «победобесие» и так далее, но Женя поняла это точнее, образнее, резче, шире.
Трясусь от стыда и злобы.
Купить книгу Анны Наринской «Ничего подобного» на сайте «Эхо Книги»