Обновлений по хантавирусу нет
Ну что, обновлений по хантавирусу нет, ситуация со вспышкой на лайнере MV Hondius, по всей видимости, успокоилась. Зато есть изменения в ситуации с распространением вируса Эбола в Африке. За последние сутки увеличилось количество как подозрительных случаев, так и подозрительных смертей. На сегодня всего зарегистрировано 516 случаев вероятного заражения, из них 33 подтвержденных, и 131 смерть, по всей видимости, также связанная с вирусом Эбола. Все это в Конго. В Уганде по-прежнему 2 завозных случая, один с летальным исходом.
Отдельно неприятно, что за прошедшие 24 часа новые случаи были зарегистрированы в других провинциях и особенно в крупных городах, причем один из них, Гома, находится в зоне конфликта, что усложняет как детекцию новых случаев, так и контроль за распространением заболевания.
Власти Уганды начали ограничивать движение через пограничные переходы с Конго, чтобы снизить риск повторных заносов вируса. Тем не менее, ВОЗ не обновляла свою рекомендацию не закрывать границы. В организации утверждают, что такая рекомендация «лишена научного смысла», но, кажется, реальная причина в том, что все понимают: закроешь официальные границы, люди хлынут через неофициальные переходы, которые вообще никак не контролируются.
Как по мне, стоило сказать правду, а не прикрываться наукой. Тем более, что наука вполне однозначно говорит: карантины работают, особенно если ввести их в начале эпидемии. Китай в ковид продемонстрировал весьма показательный пример. Да, если вы не Китай, у вас вряд ли получится держать границы закрытыми настолько эффективно, но на время сдержать распространение вируса закрытием границ в самых острых очагах вполне можно – например, чтобы не допустить переполнения больниц и коллапса систем здравоохранения.
США, со своей стороны, запретили въезд людям, которые в последние 21 день посещали Конго, Уганду или Южный Судан. Ограничение не касается граждан и постоянных резидентов Штатов. Также Reuters сообщает, что руандийские пограничники останавливают и разворачивают людей, которые пытаются проникнуть в страну из Конго.
Расшифрованы три вирусных генома, выделенных из образцов зараженных пациентов. Примечательно, что это сделали в африканских лабораториях. Все три вируса нынешней вспышки похожи друг на друга, что указывает на единичный зооноз или несколько зоонозов из близких источников. При этом они отличаются от геномов вируса Бундибуджио 2007 и 2012 годов, когда было еще две вспышки. Все три эпизода происходили примерно в одном месте – там же, где и сейчас.
От кого именно вирус перескакивает к людям, пока непонятно. Как и для других африканских эболавирусов, главные подозреваемые – плотоядные летучие мыши, но для вируса Бундибуджио конкретный вид-хозяин пока не найден. Заражаться вирусом могут обезьяны и другие млекопитающие, и, теоретически, они могли бы являться источником инфекции для человека. Но у всех у них, как и у людей, вирус Бундибуджио вызывает тяжелое течение, так что это, скорее всего, тупиковые хозяева, а не стабильный природный резервуар.
При этом геном Бундибуджио заметно отличается от геномов других эболавирусов –настолько, что стандартные ПЦР-тесты, нацеленные прежде всего на заирскую разновидность патогена, ответственную за самые большие и известные вспышки, его не определяют. И это приводило к задержкам в реагировании на вспышки как сейчас, так и в 2007 году. Собственно, отчасти поэтому вспышка успела так разрастись. Когда стало ясно, что это необычная разновидность эболавируса, количество зараженных уже было большим и вирус активно распространялся.
Симптомы этой разновидности вируса Эбола также отличаются от классических. Геморрагическая лихорадка, когда у человека отовсюду начинаются кровотечения, встречается реже, чем обычно (впрочем, она и для других вариантов вируса Эбола встречается реже, чем принято думать). На ранних стадиях проявления похожи на симптомы других эболавирусов: у людей поднимается высокая температура и начинаются желудочно-кишечные симптомы – рвота и понос, которые быстро приводят к обезвоживанию и поражению органов. Летальность Бундибуджио ниже, чем у классического заирского вируса Эбола. По данным предыдущих вспышек, она составляет от 25 до 50%, против 80-90% у заирской разновидности.
Пока вирус остается внутри Африки, но совсем скоро один зараженный появится в Германии. Речь о Питере Стаффорде, члене христианской миссионерской организации, который лечил пациентов в одной из больниц в Конго. На выходных он почувствовал себя плохо, и тест подтвердил вирус Эбола. Его и еще шесть человек, которые контактировали с заболевшими и также могли заразиться, тоже отправят в Германию. Куда именно, пока неясно, в берлинской Charite, у которой есть опят лечения больных с эболавирусом, журналистам давать комментарии отказались.
Дежурно напомню, что против вируса Эбола нет специфических препаратов, а конкретно против Бундибуджо нет и вакцины. Представитель CDC заявил, что в агентстве работают над созданием моноклональных антител – это эффективные антитела против вируса, выделенные из сыворотки выздоровевших и потом синтезированные искусственно. Однако, как долго продлится эта работа, сказать невозможно.