Десять событий и впечатлений с конференции Антивоенного комитета
Вернулся с конференции Антивоенного комитета (был второй раз). ТОП-10 событий и впечатлений (конечно, это личный взгляд, там всего много и у кого-то другой топ). Не в порядке важности, просто «как помню».
1. Максим Покровский («Ногу свело»), он ездил в Украину, в Изюм, то есть близко к линии фронта, собирает на концертах средства на гуманитарную помощь украинцам.
2. Чичваркин — я не знал о масштабе его работы по сбору средств на медикаменты и генераторы, это уже несколько миллионов евро, с помощью организации «благотворительных вечеров». Прочел, что он сам за рулем возил закупленное к границе.
3. Речь на открытии Теодороса Русополоса — греческого политика, который в прошлом году был председателем ПАСЕ (при нем формировалась русскоговорящая демплатформа). Это была даже не речь, а замечательное маленькое эссе, он цитировал Гераклита, Кавафиса, проводил параллель с периодом «черных полковников», говорил о свободе прессы (сам он в прошлом журналист и колумнист).
4. Выставка с карикатурами одного из знаменитых советских карикатуристов — Бориса Ефимова в галерее Антивоенного комитета. На СловоНово Гельман показал работы Ефимова 20-х годов, а здесь 50-х, то есть на пике постсталинской пропаганды «холодной войны». Поразило, что попадаются прямо темы «идущие по кругу сотый раз» (тарифная война, военный союз Пакистана и Турции и т. д.). Вся тема «агрессивного блока НАТО» сейчас едет с той же безумной энергией, как в 1954-56 гг.
5. Стратиевский выступил с коротким, но очень четким докладом о типах окончания военных конфликтов. На остальных панелях про сценарии окончания войны, включая и экономическую, где были Касьянов, Алексашенко и Чичваркин, — общее понимание: война не закончится, пока Путин у власти.
6. Премию Антивоенного комитета в области правозащитной работы получила организация InTranzit (которую я хорошо знаю с первого года войны, люблю, и это было приятно).
7. Анастасия Шевченко и ее фонд «Сквозь стену». Постоянная связь с Украиной, собирает средства, ездит, помогает.
8. Разговоры на полях. Неимоверно интересный разговор с Ольгой Подольской про Тулу, про репрессии там, про семью Москалевых, Ольга была там муниципальным депутатом до отъезда, разговор с Ланой Пылаевой о концепции коренных народов и как она меняется в интеллектуальных дискуссиях «постколониализма», понял, что мне надо прочесть что-то о «глобальных коренных». Познакомился и поговорил с Борисом Бондаревым (которого с интересом читаю). Наконец-то поговорил с Павлом Мунтяном, до этого почему-то не получалось.
9. Ходорковский в выступлении обозначил две дилеммы. Первая: на что мы ориентируемся в будущем — на возмездие или на то, что придется говорить с большими контингентами и теми «игроками», которые окажутся с той стороны «туннеля войны»? Сам он в своих персональных видео, как я вижу, нашел свой способ обращаться к аудитории внутри, он как бы «работает» с внутренней аудиторией. Стремится отделить ответственных за войну от тех, с кем «надо продолжать говорить». Вторая дилемма: стоять на «моральном осуждении» или ставить вопрос о том, как вообще дальше может выглядеть — как он выразился — «институциональная деэскалация» всей российской политической системы. Обе дилеммы, действительно, сейчас присутствуют во всех дебатах и во всех «самоопределениях».
10. Конференция проходила в момент, когда «опять переговоры», причем в момент, когда «дизельная сделка» уже провалилась и началась игра в тему «европейской безопасности», и прямо в день открытия конференции были итоги промежуточных выборов в Конгресс. Шел поток сообщений: о новых мерах безопасности европейских стран, о разгроме «Новой газеты», о письме Мелони, о том, будет ли Трамп атаковать Иран сейчас или не будет вообще…