Чтобы вот известного политолога, да в Москве, да так, чтобы ноги переломать
Узнав о том, что Александра Кынева пытали после задержания или так задерживали, что аж сломали ногу в двух местах, требуя признания во всяком там, я всё равно впала в какое-то подавленное состояние. Нет, не шок, в конце концов, пытали и раньше, еще с 90-х и не прекращая. И позже, в тюрьме, я этого всего наслушалась и последствий навидалась.
Но пытали всё же достаточно строго очерченный круг. В первую очередь террористов и «террористов». Те, кого доставляли за преступления против личности – насильников, разбойников, – избить могли здорово. Могли пытать своих – УСБ-шники ментов. В основном пытали ну, как бы, маргинальных, отмороженных граждан. Пьяного могли избить. Традиционно с большой ненавистью относились к молодым левым, особенно анархистам. В делах многих политзаключённых я вижу либо прямые заявления, либо косвенные указания на побои и пытки, переломы рёбер и прочее. Известно страшное о том, что делают с украинскими пленными и гражданскими похищенными, о жестокости на оккупированных территориях.
Но чтобы вот известного политолога, да в Москве, да так, чтоб ноги переломать… Это какой-то всё же новый даже для меня этап дикости. И если кому-то нужен сигнал – да, мне кажется, что это сигнал.