Бездна
За полсуток этот диалог стал будущим фрагментом учебника истории России.
— Осужденный Шлосберг, вам понятен приговор?
— Я вам сочувствую, ваша честь. Вам с этим жить.
Тут-то и проходит российский разлом — вот буквально между первой и второй строкой этого диалога. Это именно то, о чем говорила Ахматова, примеряя великую русскую литературу к воздуху, которым дышала у стен Большого дома, где выла старуха, как раненый зверь…
«Достоевский думал, что если убьешь человека, то станешь Раскольниковым. А мы сейчас знаем, что можно убить сто человек, а вечером пойти в театр».
И вот — Лев Маркович Шлосберг скорбит о погубленной душе судьи Малямовой, а никакой души там нет, вот в чем штука-то. Ни смертной, ни бессмертной. Некоторое количество условных рефлексов поверх безусловных, а вечером можно и в театр, за культуркой.
Бездна.
Купить книгу «Короткий метр» Виктора Шендеровича на сайте «Эхо Книги»