Александр Архангельский
литературовед и критик
Купить мерч «Эха»:
литературовед и критик
Эфир ведёт Вадим Радионов
Мы видим, что в России, когда запрещена политика, политикой становится все. Любой плевок становится политическим, любой взгляд становится политическим, любое слово становится политическим — что бы ни происходило, все политика. И мы помним с вами дело Голунова, еще когда были мягкие, диетические времена, которые казались зверскими — его же брали точно так же. Его взяли по подброшенным наркотикам, притом, что он никогда их не употреблял. И тогда удалось его отвоевать, оттащить за уши тех, кто хотел его посадить. Но там были скорее финансовые и скорее бандитские разборки, а здесь… Хотя где граница?..
Вот ошибка демократов конца 90-х — начала нулевых заключалась в том, что они требовали от всех гражданской активности 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, 365 (366 раз в 4 года) дней в году. А попробуйте предложить человеку быть активным и ответственным 15 минут в день! Остальное время оставьте его в покое. Дайте им побыть обывателем, который наслаждается моментом. А не-обыватель наслаждается моментом по-своему, и это хорошо…
Эфир ведёт Вадим Радионов
Эфир ведёт Вадим Радионов
Гости: Юлия Панкратова, Юрий Фёдоров, Роман Доброхотов, Сергей Смирнов, Александр Архангельский, Александра Филиппенко
Не буду впадать в пафос, напоминать, что речь об авторе «Доктора Живаго», который был прямо обвинен в иностранном влиянии, выдавлен за пределы легального литературного поля…
Фрагмент эфира от 17.02.25
Эфир ведут Евгений Насыров и Ольга Орлова
Речь Трампа: «Это будет золотым веком Америки. Это историческая победа, которой никогда не было в Америке. Я буду бороться во благо всех граждан США, мы поможем нашей стране исцелиться. Я собираюсь положить конец войнам, а не начинать их»…
Фрагмент эфира от 19.08
Начинаем очередной дубль. И вдруг я краем глаза замечаю, что легкой лисьей походкой к месту, где мы выставились с камерой, приближается Ален Делон…
Фрагмент эфира от 21.06.24
За Астафьевым после переписки с историком Эйдельманом следовала слава главного литературного антисемита. Хотя на самом деле он просто был мизантропом, ему не нравились евреи, грузины, русские, сибиряки, вологодцы, кто угодно…