The Economist: Загнанный в угол Владимир Путин планирует эскалацию войны. Его нежелание отступать коренится в криминальной логике российской власти
29 августа, встречаясь с сотрудниками и студентами одного из московских университетов, Владимир Путин заметил, что косатки питаются белыми медведями. «Да-да, такая пищевая цепочка, — заявил президент России. — Об этом тоже детям нужно рассказывать, чтобы они понимали, в каком мире мы живём и почему мы проводим специальную военную операцию».
Это утверждение — вымысел: не известно ни одного случая, когда косатка съела бы белого медведя. Но оно дает некоторое представление о хищническом мировоззрении Путина. В последнее время страны НАТО все больше тревожатся по поводу того, к чему могут привести его нынешние размышления. Российская армия уже несколько лет в значительной степени находится в тупике, ежемесячно теряя десятки тысяч человек убитыми или тяжело ранеными. Война превратилась в разорительное противостояние с применением беспилотников и ракет, которое, нанося разрушительный ущерб Украине, одновременно причиняет уже заметный ущерб и России. Однако Путин не демонстрирует никаких признаков готовности отступить. Опасение состоит в том, что он может попытаться выйти из того, что русские называют тупиком, так же, как делал это прежде: найдя новый способ эскалации конфликта.
Признаки тревоги на Западе заметны повсюду. 25 августа директор ЦРУ США Джон Рэтклифф неожиданно прилетел в Москву. Версии относительно цели его поездки расходятся: по одной, он приехал предупредить Путина, чтобы тот не нападал на страны НАТО, по другой — передать мрачную оценку перспектив России и убедить его начать переговоры. Три дня спустя Финляндия попросила помощи шведской авиации и военных кораблей для наблюдения за своей границей с Россией на случай вторжений. Германия готовится открыто обвинить Россию в атаке беспилотника на аэропорт Лейпцига 4 августа и, вероятно, введет новые санкции. Румыния заявляет, что 20 августа уничтожила российский морской беспилотник, целью которого была буровая платформа в ее водах. 25 августа Словакия предотвратила поджог завода по производству беспилотников.
Тем временем Путин прервал свое долгое молчание по поводу все более успешных атак украинских беспилотников на российские нефтеперерабатывающие заводы и логистические центры, включая склады Wildberries, крупнейшего российского интернет-ритейлера. В обращении 22 августа он обвинил Украину в том, что она открыла «ящик Пандоры», и пообещал «ответный удар по наиболее чувствительным секторам вашей экономики». Ранее в тот же день, выступая перед «Единой Россией», политической партией Кремля, он отверг любые представления о завершении войны. «Специальная военная операция продолжается, — заявил он. — Мы будем двигаться только вперед».
Его ключевой целью всегда было сохранение собственной власти и, в конечном счете, собственной жизни.
The Economist
Источники, близкие к Кремлю, говорят, что после нескольких недель раздумий летом он, по всей видимости, решил пойти на эскалацию. Более того, давний знакомый Путина говорит, что тот, вероятно, воспринял визит Рэтклиффа как признак слабости Америки. По словам источника, именно так президент истолковал и визит в Москву в ноябре 2021 года Билла Бернса, директора ЦРУ при Джо Байдене, который приехал предупредить его против вторжения в Украину. Три месяца спустя он все равно начал вторжение.
Никто не может знать, что происходит в голове Путина. Но причины эскалации войны, как и причины самого вторжения, лежат внутри России. Его ключевой целью всегда было сохранение собственной власти и, в конечном счете, собственной жизни.
Кремль беспокоит то, что молчаливое согласие общества с войной исчезает. Глубокие удары украинских беспилотников по нефтеперерабатывающим заводам и интернет-ритейлерам, наряду с ограничениями доступа к интернету, введенными спецслужбами, разрушили видимость нормальной жизни. «Левада-центр», независимая социологическая организация, сообщает, что 57% россиян характеризуют ситуацию как «напряженную»; респонденты называют среди причин войну, число погибших, мобилизацию, атаки беспилотников и отсутствие представления о будущем. Доверие общества к телевизионной пропаганде падает, а молодые люди публикуют в социальных сетях призывы прекратить войну. Рейтинг одобрения Путина снижается.
«Они меня повесят», — сказал он в какой-то момент войны некоторым из своих приближенных, по словам одного из инсайдеров.
The Economist
Настроения среди элит еще более невеселые. Главная проблема, говорит один из инсайдеров, заключается не столько в экономике или отсутствии военных успехов, сколько в потерянном из-за войны времени: каким бы ни оказался ее исход, почти пять лет — это провал. Все сильнее ощущение, что царь голый, говорит другой представитель элиты. Ни одна из экономических или политических проблем России не является смертельной для Путина: у него есть экономические ресурсы и репрессивный аппарат, позволяющие продолжать войну. Но восприятие имеет значение.
Путин может объяснять свои цели языком геополитики, но на деле им движет криминальная логика режима: никогда не показывать слабость. Российская система легко терпит насилие, но не прощает неудач. Вероятно, он считает, что завершение войны без достижения даже минимальной цели — захвата всего восточного украинского региона Донбасс — создаст угрозу его жизни и безопасности. («Они меня повесят», — сказал он в какой-то момент войны некоторым из своих приближенных, по словам одного из инсайдеров.)
Продолжение войны в ее нынешнем виде, между тем, тоже не является решением. «Инерционные сценарии невыгодны Кремлю, — говорит один из представителей российской элиты. — Они просто поглощают экономические ресурсы и растрачивают политический капитал».
Все это может сделать эскалацию привлекательной. Но неясно, что именно она будет означать. Россия, вероятно, усилит гибридную войну и диверсии против союзников Украины и будет наносить удары по маршрутам поставок из Европы в Украину. Западные разведывательные службы опасаются, что Россия может выбрать целью заводы в Европе, производящие вооружения и военное имущество для Украины. Однако они полагают, что Путин не хочет прямого военного столкновения с НАТО.
Внутри Украины эскалация в значительной степени означает наращивание масштабов того, что Россия уже делает. 30 августа Министерство обороны России заявило, что готовит массированный удар по энергетической инфраструктуре Украины. Но Украина и без того ожидает подобных атак как части полномасштабного российского наступления, направленного на то, чтобы сломить ее волю этой зимой. Что касается сухопутной войны, российские источники говорят, что Путин намерен бросить в мясорубку еще 300 – 400 тысяч человек. Ему не нужно объявлять новую волну мобилизации: первоначальный указ о мобилизации он так и не отменил. Дополнительных людей, вероятно, будут набирать с помощью принуждения со стороны региональных властей, чтобы недовольство не выходило за пределы отдельных регионов. Власти уже испытывают новую систему набора в Пензенской области, регионе примерно в 750 км к юго-востоку от Москвы.
Путин также может усилить репрессии против предполагаемых «внутренних врагов» — не потому, что они представляют какую-либо угрозу его власти, а потому, что ему необходимо демонстрировать силу. Ничто из этого не решит ни одной из проблем России. Скорее всего, это лишь усилит страдания населения и будет способствовать нестабильности как внутри страны, так и за ее пределами.