Алексей Чигадаев: встреча Путина, Си и Трампа в Шэньчжэне — не новая Ялта, а пиар-шум
Дайджест эфира «Прямо сейчас» с Алексеем Чигадаевым, 17 ноября 2026
Китаист Алексей Чигадаев объясняет, почему встреча Путина, Си Цзиньпина и Трампа на саммите АТЭС в Шэньчжэне не тянет на новую Ялту и что на ней ищет Пекин. Ещё в эфире: почему у России в Азии нет ни идеи, ни заметного присутствия и как китаиста допрашивали в немецком аэропорту.
- Встреча Путина, Си и Трампа — не раздел мира, а пиар-событие, которое каждая сторона продаст своей аудитории.
- Китай долго не подтверждал саммит, потому что не любит рисков, а здесь их много: непредсказуемый Трамп, обида стран региона и ненужные обязательства.
- Возможное совместное заявление о контроле над ИИ в ядерных вооружениях будет красивым, но ничего не изменит.
- Рост торговли России с Юго-Восточной Азией вызван политикой Трампа и перекрытием Ормузского пролива, а не «поворотом на Восток».
- Идеи для Азии у России нет: Китай предлагает благосостояние, Запад — права человека, а Москва — атомные станции и нефть.
- Российско-китайская «дружба» держится на взаимном недоверии: высокотехнологичных совместных производств нет, а Китай забирает то, что можно забрать.
- Допросы россиян на немецких границах — палочная система ради отчётов, шпионов так не ловят.
Китаист Алексей Чигадаев, эксперт центра NEST, — о трёхсторонней встрече Владимира Путина, Си Цзиньпина и Дональда Трампа на полях саммита АТЭС в Шэньчжэне. Это не новая Ялта, а «хороший пропагандистский, качественный пиар-шум». В 1945 году страны-победительницы действительно делили сферы влияния, а сейчас неясно, что эти три державы могли бы делить. Первым о «новой Ялте» заговорил Владимир Зеленский: он опасался, что судьбу Украины и Европы обсудят без них. Но Песков, Ушаков и сам Путин это сравнение отрицают, а Си, судя по публикациям после визита Штайнмайера, ответил, что Украину и будущее Европы обсуждать не будут.
Каждому своя картинка
Каждая сторона продаст встречу своей аудитории. Китайские СМИ напишут о встрече ответственных ядерных держав и членов Совбеза ООН, МИД КНР добавил ещё тезис о странах, которые вместе боролись с фашизмом. Американским избирателям расскажут, что Трамп предотвратил ядерную войну. Для Пекина ценность в самой картинке: Китай может не только торговать, но и усадить за один стол США и Россию. Результата не будет: «Спойлер: ни о чем не договорятся».
Китай подтвердил встречу всего за несколько дней до саммита, и неспроста. Пекин помешан на контроле, а тут непредсказуемый Трамп, да ещё и вопросы журналистов. Кроме того, разговоры о разделе мира заденут страны региона: Индонезия, Вьетнам или Филиппины смотрят, как великие державы делят их без их участия. Третий риск — обязательства. Наиболее вероятный итог — заявление о «конструктивном диалоге» по контролю над искусственным интеллектом в ядерных вооружениях. «Ноль смысла». У Китая 600–800 боеголовок против тысяч у России и США, и в трёхсторонний контроль над вооружениями Пекин весь год идти не хотел.
Настоящая повестка — деньги
Если бы трёхсторонней встречи не было, почти ничего бы не изменилось. Трампу и Си надо обсудить торговое перемирие, которое заканчивается в январе. Путин и Си встречаются отдельно. Россия добивается председательства в АТЭС в 2035 году, заявку уже поддержали Таиланд, Вьетнам, Индонезия и Китай. Рост торговли с Юго-Восточной Азией Москва наверняка выдаст за успех. На деле, когда перекрыли Ормузский пролив, страны региона стали закупать российские нефть, газ и удобрения.
Россия в Азии: ни линии, ни идеи
Во Вьетнаме, Таиланде или Камбодже Россию почти не видно. Генеральной линии нет, есть ставка на отдельные крупные проекты вроде станции Росатома во Вьетнаме. Важнее другое: Россия не может объяснить, что она предлагает Азии. СССР нёс коммунизм, американцы и европейцы — права человека, китайцы — благосостояние. Россия обещает атомную станцию, удобрения и нефть. Антиколониальная риторика Путина в Азии тоже не работает: в 1900 году российские войска вместе с другими державами жгли Пекин. Разговоры z-патриотов о том, что Россия делит мир, не выдерживают проверки: метро в Астане строили китайцы, а Россия претендует только на Донецк и Луганск.
Дружба с недоверием
Товарооборот России и Китая за три квартала 2026 года достиг 242 миллиардов долларов, это рекорд. Но технологий Россия из Китая не получает: машины «Made in Russia» собирают из китайских деталей, а на НПЗ ставят китайское оборудование, потому что «китайцы ничего не локализуют». Совместных высокотехнологичных производств нет. Пекин и с Россией, и с Украиной действует одинаково: забирает советские технологии и переманивает учёных, пока не упрётся в спецслужбы. Москва, в свою очередь, боится, что её обворуют: страной правит поколение, которое в КГБ учили видеть в Китае врага.
Шпионы, Nvidia и КНДР
Китайский шпионаж существует, и это нормально, если у страны есть спецслужбы. В Саксонии шпионов ловят примерно раз в год: через Лейпциг идёт военная помощь Украине. Скандал вокруг Nvidia — внутриамериканская история. Шпионаж там не доказан, а главный вопрос — шли ли чипы в Китай через сингапурскую компанию в обход запретов. От Китая полностью зависит Северная Корея, на него приходится больше 90% её товарооборота: «Зависимость здесь настолько явная, что сильнее уже просто быть не может».
Допрос во Франкфурте
Допрос в аэропорту, который провела немецкая служба защиты конституции, прошёл вежливо: двадцать минут общих вопросов о настроениях в России. Но смысл таких допросов — палочная система. После того как у аэропорта Лейпцига нашли дроны, власти должны были показать, что что-то делают. Шпиона так не найдёшь, всё это — «Ради очень красивого отчета».

