«Прямо сейчас» с Еленой Штайн
Нажмите, чтобы задать вопрос прямо сейчас
Поддержите «Эхо», если вы не в России
Подписаться на канал «Эхо»
Краткое содержание
Общество и выборы
Штайн считает, что российское общество не так однородно, как выглядит по итогам выборов в Думу. Выборы в значительной мере сфальсифицированы, «Яблоко» к ним не допустили.
«Тишина в публичном пространстве не означает согласия в обществе».
Даже опросы ВЦИОМ, ФОМ и «Левады» фиксируют растущую усталость от войны и ухудшение жизни. Высокий рейтинг Путина, по её мнению, отражает страх неизвестности, а не поддержку войны. Война переходит из телевизора в быт: тарифы ЖКХ, блокировки, дроны, бензин. Как быстро люди свяжут эти проблемы с войной, неизвестно.
Активизм
Провластный активизм процветает и получает большие бюджеты. Независимое гражданское общество тоже никуда не делось: представление о «выжженном поле» Штайн считает ошибочным. Политический активизм маскируется под экологический, трудовой или городской. Даже неполитический активизм учит людей объединяться, поэтому государство и стремится его подавить.
Учёные и дело Кынева
У исследователя в России три пути: собирать материал для будущего, работать в рамках дозволенного или анализировать и говорить открыто. Цену последнего показывает дело Кынева. Новое в нём, по словам Штайн, — уровень жестокости: после предвыборного затишья репрессии продолжатся. Обвинение по наркотической статье рассчитано на тех, кто не знает Кынева, и выводит дело из поля внимания.
Муратов
Критику Дмитрия Муратова Штайн считает основанной на неверной интерпретации. Цель кампании, в которой он участвует, — чтобы на любых переговорах с Путиным не забывали о политзаключённых, украинских гражданских и похищенных детях.
Элиты
Утверждение, что элитам надоела война, она считает принятием желаемого за действительное. Между «надоело» и «действовать» большая дистанция, а у войны есть бенефициары в строительстве и оборонке. Для перемен нужно одновременное недовольство политической, экономической и военной элит.
Германия и Россия
20-минутная встреча Вадефуля и Лаврова, инициированная Берлином, — это зондирование, а не переговоры. Речь шла об инциденте с беспилотником в Лейпциге, зерновом экспорте и европейской безопасности. Адресаты встречи — немецкое общество и США, а не Москва. Переговоров с Россией не избежать, но прекращения поддержки Украины Штайн в этом не видит.

