Александр Кабанов: российская оборонка — злонаука, а молодым учёным лучше уезжать пораньше
Дайджест эфира «Как поступать» с Александром Кабановым: Российская наука в изоляции. Как молодым учёным уехать за границу?, 18 ноября 2026
Химик, профессор Университета Северной Каролины и глава ассоциации РАСА Александр Кабанов — о том, почему российская наука задыхается в изоляции, как Трамп бьёт по американским лабораториям и что делать молодому учёному из России, который хочет уехать.
- В нынешней России есть тоталитаризм, но нет реальной силы, и от оборонных исследований молодым людям лучше держаться подальше.
- Без свободного обмена мнениями и открытой критики науки нет, поэтому засекреченная оборонка — это «злонаука».
- Изоляция, чекистское давление на учёных и уголовные преследования разрушают российскую науку, но запрета на публикации в международных журналах не было.
- Настоящие барьеры для публикаций — дорогой открытый доступ, слабая подготовка статей и санкции против отдельных институтов вроде Сколтеха.
- Антиинтеллектуальная волна идёт по всему миру, в том числе в США при Трампе, но в Америке её сдерживают суды, пресса и выборы.
- Начинать карьеру в США выгоднее не в топовом университете, а в хорошем университете второго эшелона, где ниже конкуренция.
- Искать нужно учёного, а не страну: писать конкретным исследователям, в том числе через РАСА, но с осторожностью.
Совет, которого Александр Кабанов — химик, профессор Университета Северной Каролины, член-корреспондент РАН и бывший президент Russian-American Science Association (РАСА) — раньше никогда не давал, теперь звучит прямо: уезжайте. У молодых учёных в России почти не осталось хороших вариантов. Тем, у кого есть возможность уехать на раннем этапе учёбы, лучше это сделать. Тем, кто уже пишет кандидатскую, стоит защищаться и публиковаться там, где они сейчас находятся.
Оборонка как злонаука
В советские времена работать на оборонку было престижно: там были деньги и хорошее оборудование. Но «Россия сегодня – это даже еще не Советский Союз»: тоталитаризм остался, а реальной силы нет. Поэтому от оборонных исследований молодым людям лучше держаться подальше. Наука держится на открытости: вы публикуете результат, коллеги его критикуют, и все идут дальше. Засекреченная работа без независимой экспертизы — уже не наука, а «злонаука».
С экспертизой в России вообще всё плохо. Когда на встрече учёных с Путиным речь зашла об экспертизе, президент ответил: «Это очень коррупционноемкий вопрос». А экспертиза держится на репутации. Если государство в грош не ставит своих учёных, а учёные его боятся, нормальной науки не будет.
Изоляция и чекисты
Изоляция и тоталитаризм нанесли российской науке колоссальный удар. Поворот к Китаю этого не исправит: Китай не делится знаниями так щедро, как Запад, и это лишь часть мировой науки. Сначала силовики атаковали гуманитариев, а теперь всё сильнее давят на естественников, и преследования учёных идут по логике «чекистского беспредела». Но тотальный контроль над умами не получится: люди всё равно пробиваются «через асфальт, как тростник», хотя молодое поколение уже покалечено.
Русскоязычные учёные на Западе почти единодушно восприняли войну как чудовищное преступление. Сама РАСА признана в России нежелательной организацией, а Кабанов — иностранным агентом.
Публиковаться можно
Международные журналы не закрыты для статей из России. Правила научных изданий запрещают дискриминацию, а громкие жалобы на запрет — позёрство. Статью, безупречную с научной точки зрения, нужно публиковать, даже если её прислал маньяк. Настоящих барьеров три. Первый — плата за открытый доступ: от нескольких тысяч до 14–19 тысяч долларов за статью в изданиях уровня Nature. Второй — российские авторы хуже, чем в Гарварде или MIT, умеют подавать свои данные. Третий — санкции против отдельных институтов: с аффилиацией Сколтеха статью в американский журнал, скорее всего, не возьмут, а получить визу будет сложнее.
Америка тоже не рай
В США тоже стало хуже. Призыв администрации Байдена забрать из России «все мозги, какие только возможно» так и остался словами. При Трампе началось наступление на университеты под предлогом борьбы с DEI и антисемитизмом, бюджеты на науку урезали, а за соавторство даже с немецким учёным теперь нужно отчитываться. Антиинтеллектуальная волна прокатилась по всему миру, а Россия просто «впереди планеты всей». Разница в том, что в Америке есть суды, независимая пресса и выборы. По оценке Кабанова, именно недовольство политикой Трампа стоило республиканцам большинства в Конгрессе. Отдельная беда — программа Uniting for Ukraine: администрация её сворачивает, и украинцы, бежавшие от войны, оказались в подвешенном состоянии.
Как уехать: практические советы
- Самые большие шансы у математиков, специалистов по информатике и биомедицине.
- Учёба в аспирантуре стоит денег: иностранный аспирант обходится лаборатории почти как постдок, а денег в лабораториях стало меньше.
- Не рвитесь сразу в Гарвард. Начните с хорошего, но не топового университета, а оттуда пробивайтесь дальше.
- Пишите конкретным учёным, не обязательно русскоязычным: «идите к ученому, а не к стране».
- В РАСА можно обратиться за советом, но лучше писать с университетской почты: в России организация нежелательная.
И главное — не комплексовать. Не стоит думать, что мы всех шапками закидаем, но и говорить себе, что мы «такие сирые и убогие», тоже не нужно.

