Конец эпохи Вучича. Что ждет Сербию после победы «Студенческого движения»?
Два года страна была разделена на два лагеря. В одном лагере было больше людей, в другом — больше ресурсов. И только бы сейчас не начались физические преследования тех, кто, например, дежурил в палаточном городке напротив парламента, где жили сторонники Вучича; только бы представители местной и государственной власти от SNS не подвергались опасности, просто ходя по улицам. Вот этого очень-очень хотелось бы избежать…
Ф.ПАВЛЮХИН: 25 октября в Сербии прошли досрочные парламентские выборы. Александр Вучич, который с 2014 года был премьер-министром, а затем президентом Сербии, признал поражение своей коалиции. На выборах победило оппозиционное «Студенческое движение». Последствия смены власти «Эхо» обсудит с Викторией Мартыновой — журналисткой, переводчицей и авторкой Telegram-канала «Новости Сербии», которая живет в Сербии в общей сложности почти 20 лет. Виктория, здравствуйте.
В. МАРТЫНОВА: Здравствуйте.
Ф.ПАВЛЮХИН: В соцсетях и Telegram-чатах появилось много сообщений с опасениями, что после победы «Студенческого движения» положение переехавших в Сербию граждан России ухудшится. Насколько такие настроения распространены и есть ли под ними почва?
В. МАРТЫНОВА: Скажем так, всё новое людей пугает. И россиян в Сербии тоже. Хотя, с одной стороны, они ужасно рады, что победила несистемная, непарламентская оппозиция, что прошли честные, прозрачные выборы. Для россиян это прямо такое давно забытое чувство, будем честны. Но, с другой стороны, что будет дальше — вступление в ЕС, невступление в ЕС и так далее, — тоже непонятно. В любом случае сегодня представитель «Студенческого списка» социолог Йово Бакич в эфире — господи, прости — телеканала RT Balkan заявил, что у его движения, у списка, нет планов вводить санкции против России. Они этого делать не будут. Хотя бывший президент Александр Вучич в своей поздравительной речи заявил, что буквально через три-четыре месяца вы увидите: они введут санкции против России.
Если мы верим господину Бакичу на слово — а почему бы и не верить — и санкций не будет, то я не вижу причин, по которым могло бы быть расторгнуто двустороннее межправительственное соглашение, которое обеспечивает безвизовый режим. И, соответственно, я не вижу причин, по которым людей лишали бы ВНЖ, ПМЖ и так далее и даже отменяли бы визаран. Другое дело, что остро и внезапно встает вопрос о выдаче гражданства тем россиянам, у которых подошел срок, которые могут подаваться на гражданство.
Я одна из — теперь уже едва ли не последняя, до этого нас было человек сорок апатридов, — кто при режиме Вучича подался на сербское гражданство, получил предварительное одобрение, в соответствии с сербским законом отказался от предыдущего, то есть российского, и… ничего. То есть если я должна была, например, получить сербские бумаги в течение двух-трех месяцев, то в декабре будет три года, как я их жду. С этой точки зрения, опять же, куда хуже? Насильно вернуть мне российское гражданство Сербия точно не сможет.
А что касается очень часто транслируемой точки зрения, что выдавать гражданство россиянам запретил Евросоюз — на ЕС Вучич ссылался в интервью Ксении Собчак, — то это тоже не совсем корректное утверждение. В Евросоюзе говорили не о том, что есть какой-то запрет выдавать гражданство всем россиянам. Скорее, там говорили: давайте вы как-то поосторожнее выбирайте, кому вы, собственно, даете гражданство. И относилось это в первую очередь не к простым смертным, а к тем, кто получал гражданство по статье 19 за особые заслуги, — включая даже чеченского бизнесмена, приближенного к Кадырову, которому вручили это почетное гражданство. Но шумиха поднялась такая, что через три дня гражданство у него отобрали.
Ф.ПАВЛЮХИН: Виктория, ждать ли от «Студенческого движения» разрыва или сокращения связей с российскими спецслужбами?
В. МАРТЫНОВА: Вы знаете, Фёдор, чтобы ответить на ваш вопрос, мне нужны какие-то документальные доказательства того объема связей с российскими спецслужбами, который существовал у теперь уже предыдущей власти. Конечно, мы все знаем Александра Вулина, который близко дружит с Патрушевым, получал орден и так далее. С другой стороны, вот, пожалуйста: президент Вучич за все время с начала полномасштабной войны слетал в Москву один раз — на празднование 9 мая — и потом сам тонко намекал: «Ну а вы же не знаете, почему мне пришлось это сделать». А Сербия все-таки зависима от России по газу. А в Украину он летал несколько раз и с президентом Украины Владимиром Зеленским общался достаточно тепло и близко.
Каких-то случаев экстрадиции, выдачи по политическим причинам я тоже не припомню. В конце концов, недавно с огромным успехом прошел концерт Монеточки. Всевозможные годовщины освобождения политзэков тоже проходили в Белграде. То есть каких-то массовых репрессий и всепроникающих щупалец я до сих пор не видела. Другое дело, что «Студенческий список» и движение, которое за ним стоит, неоднократно заявляли о необходимости проводить реформы силовых структур. Но убирать они собираются не тех, кто сотрудничал с Россией, или США, или Китаем, или Кореей — я, правда, не знаю. Если бы у меня был доступ к такой информации, наверное, я бы с вами не общалась.
Убирать хотят тех, кто был замешан в коррупции, тех, кто покрывал преступления, тех, кто был причастен к применению насилия к протестующим за последние два года. Будут ли среди тех, кто может потерять свои места в силовых структурах, те, у кого были какие-то формальные или неформальные отношения с российскими спецслужбами? Ну, просто методом некой случайной выборки — да, конечно, будут. Что это были за отношения и какими они будут дальше, понятия не имею. Больше того, давайте, опять же, будем честны: все — ну ладно, не все, многие — спецслужбы так или иначе сотрудничают друг с другом формально и неформально.
Например, часть доказательств против лидеров организованной преступности в Сербии и расшифровка мессенджера Sky поступили сербским правоохранительным органам от французских. И изначально это был не самый официальный канал. А когда спецслужбы разных стран предупреждают друг друга о готовящихся терактах, это тоже идет не официальной почтой, потому что в этот момент другая спецслужба как бы говорит: «Ребят, мы тут за вами немножко шпионим». Но сейчас это неважно. Важно другое. Поэтому какой-то объем сотрудничества, да, безусловно, будет, если, не дай бог, не начнется полномасштабная российско-сербская война. Но вот этого я точно не жду.
Ф.ПАВЛЮХИН: Ждать ли нам преследования Вучича и связанных с ним ключевых фигур?
В. МАРТЫНОВА: В любом случае «Студенческий список», опять же, заявляет о необходимости провести люстрацию, в частности расследовать происхождение средств и имущества различных функционеров. И если это имущество было приобретено коррупционным путем, его следует изъять. Сам Вучич непосредственно в какой-то выгоде от коррупционных схем замечен не был. Тот факт, что в предвыборной кампании он ездил по Сербии на своей личной «Шкоде» 2006 года выпуска, конечно, смотрелся даже немножко жалко. Ну, правда. Ну, допустим, ладно, ему было не до того, чтобы покупать машину после того, как он пришел к власти. Но даже оппозиционная пресса, которая, конечно, не оставила бы его в покое, придиралась, я помню, к слишком дорогой куртке, к непомерно дорогим ботинкам.
И это были разовые случаи. Не то что у него каждая куртка вот такая удивительно дорогая. Но будут ли копать под приближенных? Да, безусловно. Еще при Вучиче под следствием оказались, а потом стали обвиняемыми бывший министр строительства и бывший министр торговли. А бывшими они стали ровно в тот момент, когда их, собственно, задержали. Это факт. И, естественно, новая власть не будет делать им никаких скидок. Вполне возможно, что эти дела начнут двигаться быстрее. Сама концепция люстрации и тем более конфискации имущества мне представляется довольно сложной, потому что здесь мы ходим по тонкому льду между восстановлением справедливости и нарушением прав человека.
Я в целом гораздо больше сейчас опасаюсь, знаете, атмосферы линча. Два года страна была разделена на два лагеря. В одном лагере было больше людей, в другом — больше ресурсов. И только бы сейчас не начались физические преследования тех, кто, например, дежурил в палаточном городке в Пионерском парке напротив парламента — это известный Чациленд, где жили сторонники Вучича; только бы представители местной и государственной власти от SNS не подвергались опасности, просто ходя по улицам, и так далее. Вот этого я, честно, боюсь больше, и этого очень-очень хотелось бы избежать.
А если будут заведены какие-то дела, проведено прозрачное следствие, и мы выясним, что какие-то люди — допустим, даже Вучич или не сам Вучич, а кто-то еще, кто был к нему близок, — действительно нарушали закон и будут призваны к ответственности, — ну, прекрасно. При этом, кстати, у Вучича… Если он сейчас не откажется идти в парламент… Я напомню, SNS все-таки набрала почти 40%, то есть почти 40% мандатов в парламенте принадлежит SNS. И первым в списке, то есть автоматически проходящим в парламент, находится Александр Вучич. Согласится ли он на роль обычного депутата и возникнет ли у него из-за этого депутатский иммунитет, узнаем, видимо, в ближайшие дни.
Ф.ПАВЛЮХИН: А каким вы видите политическое будущее Вучича?
В. МАРТЫНОВА: Вы сегодня — сколько у меня было эфиров, столько человек задали мне этот вопрос. Мне тоже очень интересно. Есть варианты. Вариант номер раз: он станет депутатом парламента, возглавит парламентскую фракцию и так далее, и так далее. Честно говоря, после того как господин Вучич был и премьером, и президентом, это выглядит как заметное понижение в должности. Но я не могу решать за него, оскорбляет это его или, наоборот, дает пространство для некой системной деятельности и конкурентной парламентской демократии.
Вариант номер два: он, став или не став депутатом, станет лидером оппозиции, потому что SNS у нас теперь оппозиция, но вряд ли они прекратят свое существование в ближайшее время. Вариант номер три: уйдет на пенсию и наконец напишет книгу. Он очень давно обещал написать книгу «Как я победил цветную революцию». Мне кажется, теперь это вообще будет бестселлер. Все ждем. Когда-то давно он упоминал, что, когда истечет его второй президентский мандат, он пойдет детским тренером по баскетболу. Это, конечно, не политическое будущее, но такой вариант тоже возможен. Вы удивляетесь, а во-первых, он сам в юности очень неплохо играл в баскетбол. А во-вторых, у него же рост почти два метра.
Ф.ПАВЛЮХИН: Спасибо большое. У нас на связи была журналистка и переводчица, авторка Telegram-канала «Новости Сербии» Виктория Мартынова. Виктория, спасибо.
В. МАРТЫНОВА: Спасибо вам.