Я целую книгу об эпохе реформ написал, а этого вот так и не понял
Ни одного доброго слова пока не видел в связи с появлением исследовательского центра Анатолия Чубайса, хотя сейчас самое время исследовать то, что случилось с нами в девяностые. За последние недели сказано и возвеличено столько банальностей, что неплохо бы, наконец, получить о том сложном десятилетии хоть какую-то новую информацию.
Причем, важно, на мой взгляд, в этих исследованиях избегать двух крайностей. Во-первых, не стоит скатываться на контрпропаганду. Я сам много занимался публицистикой и разоблачал всякие глупости, льющиеся из каждого утюга. Это нужно, конечно, делать. Но это все же не исследования.
Во-вторых, не стоит превращать исследовательский центр в маленький цех большой фабрики по производству журнальных статей. Это, конечно, исследования, но сильно формализованные и мало дающие нам для понимания сути наших проблем.
Центр будет успешен, только если сможет для начала сформулировать проблематику своих исследований, независимо от массовой болтовни и элитарных рейтингов цитируемости.
Мне лично за последние годы удалось понять, чего я принципиально не понимаю в наших девяностых. В свое время я целую книгу об эпохе реформ написал, а этого вот так и не понял. Не понял, каким образом множество сильных и влиятельных групп интересов, имевших, несмотря на тактические разногласия, общие стратегические цели, умудрились так перегрызться, что проиграли все.
Перегрызлись те, кто хотели рынка по Гайдару с теми, кто хотели рынка по Явлинскому, те, кто хотели приватизации по Чубайсу, с теми, кто хотели приватизации по Лужкову, те, кто хотели конституции президентской, с теми, кто хотели конституции парламентской, те, кто хотели гарантий для своих капиталов, с теми, кто хотели гарантий для своих свобод, те, кто хотели открытости для европеизации России, с теми, кто хотели открытости для европеизации своего бизнеса. В совокупности у этих групп были деньги, власть, информационные ресурсы, интеллектуальные ресурсы, организационные ресурсы. Вместе они могли бы горы своротить. И все про…ли.
Почему? Есть у меня на этот счет две-три гипотезы. Но нет, увы, научного ответа.