«Вся элита оказалась повязанной, вот она вся элита какая»
Самый частый мотив, который встречается в разговорах о документах по делу Эпштейна, — «вся элита оказалась повязанной, вот она вся элита какая».
Вся — это кто? Мерц, Макрон, Ангела Меркель, император Нарухито, президент Зеленский, папа Франциск, папа Лев, Эрдоган, далай-лама, философ Агамбен, писатель Уэльбек, Джоан Роулинг, режиссёр Соррентино, король Карл, король Хуан Карлос, Нарендра Моди, Марк Цукерберг, физик Эдвард Виттен, Джорджо Армани, Джорджа Мелони, аятолла Хаменеи, Бернар Арно, председатель Си, король Мохаммед VI? Кого именно имеют в виду под «всей элитой»?
Разговоры про «всю элиту» в связи с Эпштейном больше всего напоминают другие типичные обывательские клише: «там наверху все одинаковые», «политики делят, а мы расхлёбываем», «меняются только лица», «потому что я не из тусовки», «чужих туда не зовут» и т. д., которые встречались и до всякого Эпштейна.
Обычно ими прикрывается нежелание делать выбор — не только политический, но и самый простой, моральный; собственная готовность поступить аморально, если представится выгодный случай; или желание списать на других низкую оценку собственного положения — даже не положение, а именно оценку.
Есть основания думать, что поспешная принудительная регистрация «всей» элиты по адресам Эпштейна — механизм того же рода.
(И напоминаю о встрече в Берлине 11 февраля).
Купить книгу Александра Баунова «Конец режима» на сайте «Эхо Книги»