Война, патриотизм и нервные заболевания
Несколько лет назад Владислав Аксенов выпустил в издательстве НЛО очень интересную книгу – “Слухи, образы, эмоции. Массовые настроения россиян в годы войны и революции (1914–1918)”. Теперь он продолжил эту же тему. Его новая книга называется “Война патриотизмов. Пропаганда и массовые настроения в России периода крушения империи”.
Читать их очень увлекательно, хотя грустно. Первый вывод, который я сделала из обеих книг: война сводит людей с ума. Аксенов собрал огромный материал о психологическом состоянии жителей России во время Первой мировой войны – и это просто ужас. Страх, повышенная тревожность, ненависть и агрессия, шпиономания – перечислять симптомы можно очень долго.
С одной стороны, искажалась психика солдат на фронте – об этом уже много было сказано и написано, но у Аксенова собран огромный материал и, что особенно печально, – ясно показана связь между психологическими травмами, полученными в окопах, и совершаемыми зверствами – по отношению к пленным, к мирному населению, – и своему, и чужому. Человеческая жизнь больше не ценится, моральные нормы рушатся под воздействием разрешенных убийств – и грань между “защитой Отечества” и обычными убийствами, грабежами и изнасилованиями стирается.
Но изменения происходят и в тылу, где начинает пылать агрессивный национализм, распространяются невероятные слухи – вроде того, что аэропланы похищают “скот и баб”, а царица звонит по телефону из дворца немцам. Тысячи людей стали воспринимать войну, как приближение конца света, а танки и самолеты – как образы, сошедшие со страниц Апокалипсиса. Мистические настроения, оккультизм, рассказы о привидениях, поиски шпионов, агрессивность – вот жизнь людей эпохи Первой мировой войны – и только ли ее?
Какая-то женщина решила, что на ее жизнь покушается ее кот и набросилась на беднягу с ножом. Такое может произойти в любой момент? Да, конечно, но количество нервных заболеваний и самоубийств во время войны резко возрастает, фобии обостряются.
Но важно еще и то, что фобии и страхи – это часть печальной цепочки.
Еще в первой книге Владислав Аксенов ясно показал, как тревожность и агрессивность, копившиеся в обществе во время войны, прорвались наружу во время революции. Как людей захлестывали эмоции – иногда радостные – восторг при виде Керенского или при мысли о наступившей свободе, а иногда мрачные и жестокие.
Революция дала возможность выплеснуть все сконцентрированные в обществе эмоции. Когда эмоциональное начало захлестывает страну, разум отступает не на второе, а уж не знаю на какое – десятое, двадцатое место, и начинают твориться ужасные дела.
В “Войне патриотизмов” исследование этой “цепочки” было продолжено, но теперь протянуто еще и в другую сторону. Владислав Аксенов подробно изучил многочисленные споры о патриотизме, которые велись в России в течение всего XIX и начала ХХ века. Что там только не говорилось – и о том, что патриотизм равен любви к государству, и, наоборот, что любить можно только свою “малую родину” или семью. Что люди, не испытывающие патриотизма, – это дикие звери, или, наоборот, о том, что агрессивный патриотизм превращает людей в зверей.
Но самым существенной для меня стала мысль о том, что напряженные дискуссии о патриотизме и национализме ПЕРЕД началом войны, по сути дела и создали ту напряженную эмоциональную обстановку, полную страха, тревоги и ненависти, которая во многом и привела Россию к войне, а затем эволюционировала в течение военных и революционных лет.
Если честно, то страшно. Я человек эмоциональный, и поэтому, читая, к чему приводят не контролируемые разумом чувства, прихожу в уныние. Ну что же, это лишнее напоминание о том, что надо уметь контролировать эмоции – и отдельного человека, и страны.