В Сандармохе теперь так
Пишут, что в Сандармохе теперь так.
Нашел свою запись 2017 года, когда я съездил туда и был потрясен народной мемориализацией этого места, – люди размещали там, на соснах и рядом, фотографии, имена, списки расстрелянных.
Я тогда написал:
Жертвы террора имеют право на имя. Их родственники имеют право знать, где лежат останки. Обществу необходимо видеть в местах захоронений не обобщенные ямы, а судьбы конкретных людей, оборвавшиеся тут. Именно этому, – возвращению имен, – посвящены основные мемориальные усилия той части общества, которая считает важным преодоление наследия террора, – будь это чтение списков в день памяти жертв или установление табличек «Последнего адреса».
Теперь, значит, это всё запретили.
UPD: Наталия Демина уточняет, что люди на табличку внимания не обращают и народный мемориал растет. Это хорошо, – но никак не противоречит написанному мной.