Убийство Навального оказалось нечаянно в одном ряду с убийством Кеннеди и Кинга
Как я однажды уже сказал, полпред России в ООН Небензя случайно выдал особо охраняемую гостайну — главный принцип, которым руководствуется путинский клан, планируя и совершая свои преступления: «Вы ничего не докажете!».
Тут много о чем можно сказать. О криминальной подоплеке сознания правящего класса России. О святой вере людей, растоптавших право, в то, что в отношении них будет применяться презумпция невиновности (ведь они этого достойны). Но они забывают, что проповедуемый ими принцип — это улица с двусторонним движением.
И они ведь ничего нам не докажут. Не докажут и не отмоются от убийства Навального. Оно повисло не только на Путине, но на всей системе, и уж точно на всех ее главных шестер(ён)ках.
Гибель Навального, как и война в Украине, — это долгоиграющая политическая пластинка. Тут не получится как с Политковской или Немцовым. Они этого пока не понимают. Им кажется, что это всего лишь еще одна акция в ряду других подобных акций. А это не так. Навальный успел — и в этом его главный политический успех — стать больше, чем актором оппозиции режиму. Он стал символом, антипутинским мемом.
Покушение на символ само неизбежно становится символическим актом, который влечет не юридические и даже не политические, а исторические последствия. В этом смысле убийство Навального оказалось нечаянно в одном ряду с убийством Кеннеди и Кинга. Сейчас они мелочно «заносят хвосты», как образно выражается их Президент, и реально не могут оценить последствий случившегося. Мы тоже пока не можем. Но мы хотя бы догадываемся.