Убийцы
18 февраля 2024 года в 6 утра нас разбудил звонок с ресепшен отеля в Гаване. “Мы извиняемся, сеньор, сеньора, произошла ошибка, приехали другие гости, вы должны спуститься вниз”.
Мы послали их к черту и продолжали спать. Но еще через 15 минут выяснилось, что это не совсем ошибка. Внизу, в отеле “Ambos Mundos” нас ожидает кубинское КГБ и миграционная полиция (Звонком об ошибке в заселении нас просто пытались выманить из номера без шума).
… за два дня до этого, 16 февраля, я проснулась от того, что Юра сказал мне: «проснись, Навальный умер».
Мы бродили по Гаване, Гаваны не видя, и в конце концов в молчаливом отчаянии решили поехать к российскому посольству.
Революционеры из нас так себе. Туда мы приехали на такси (КГБ потребовался день, чтобы отследить такси до отеля). Нарисовали лозунг «Убийцы» на тетрадных листках. Попытались встать у посольства, а друзья – положить цветы.
Довольно быстро нас прогнали от посольской стены. И мы приклеили плакат «Убийцы» на дереве напротив посольства.
…Вот нас отвели на допрос в курительную комнату отеля, где когда-то месяцами жил Хемингуэй. На роскошный деревянный стол сверху капала вода, из-за кадки на нас смотрела лягушка.
Кубинское КГБ нам предъявило фотографии стены российского посольства, на которой красиво висел лозунг “Убийцы”.
Прижимая руку к груди, мы поклялись, что это не мы.
Мы были честны: дерево, на которое мы это прикрепили, стояло на кубинской территории, и, отъезжая от посольства, мы видели, как охранники аккуратно сорвали плакатик и несут его к стене, куда они его и прикрепили, чтобы потом сфотографировать и написать заявление в полицию.
…Для начала кгбэшник, прищурив глаз, спросил, а что мы там делали. – Я показывала гостям красивое здание Гаваны, – бодро ответила я.
Кгбэшника перекосило. Здание российского посольства выглядит как большой бетонный хрен, и собственно, его так кубинцы и называют.
КГБэшники продолжали допрос.
– Вы Сача? Таксист сказал, что антиправительственной акцией руководила некая Sacha.
– Я Александра, – твердо сказала я. – Вы тут слышите что-то похожее на Сача?
(За следующие часы КГБ опросило четырех Наташ в отеле, но они тоже не признались в том, что они – Сача).
Кгбэшники попытались зайти с другого конца.
– Не отпирайтесь! Мы знаем, что умер ваш известный оппозиционер.
– Да, в России умер известный оппозиционер, и он был хорошим человеком, – твердо сказал Юра.
– Что значат цветы? – допытывался кгбэшник.
Тут меня понесло.
– Вот умер Фидель Кастро, помните? – сказала я с видом законченной дурочки.
– Si! – почувствовал под ногами почву капитан.
– И тогда много хороших людей несло к посольствам Кубы цветы в разных странах. Разве это плохо?
– Нет, – озадаченно сказал кгбэшник.
– Ну, значит, и мы можем класть цветы.
Абсурдный разговор продолжался несколько часов, и в результате не без помощи Франции нас отпустили.
…
Я написала этот пост в годовщину смерти Алексея не потому, что я хочу кого-то позабавить.
А потому, что российские власти два года назад сами во всем признались, повесив плакат «убийцы» на стене собственного посольства.