«Ты что, тупой? Не видишь, что я побеждаю? Давай мириться, пока зима не настала»
Наконец состоялся большой разговор на обновленной «Пастуховской кухне», которую мы с Борисом собираемся выпускать по вторникам, заняв нишу «Дорожной карты». Речь шла о перспективах войны, очевидно зашедшей на новый круг, который, впрочем, может оказаться и полукругом, если у кого-то не хватит ресурсов на полный круг.
Пересказывать даже кратко нить такого длинного и сложного разговора вряд ли целесообразно. Вместо этого я хотел бы затронуть тему, которая, хотя и прозвучала в эфире, но не нашла там развития. Это тема дежавю, возникшего в связи с ситуацией, начавшейся тайным приглашением Абрамовича в Киев, а закончившейся очередным явным унижением Путина – на этот раз при помощи «открытого письма».
Начну немного издалека. Одним из моих любимых эпизодов в воспоминаниях Аркадия Райкина является рассказ о попытке повторить удачно зашедший экспромт дважды. Тогда зритель, решивший снова прийти на концерт на следующий день, крикнул артисту из зала: «А вчерашняя шутка уже не шутка!». Думаю, Зеленский не читал этих воспоминаний.
То, что Зеленский сейчас проделал с Путиным, было той самой «вчерашней шуткой, которая уже не шутка», ибо он так уже шутил один раз в Париже лет семь тому назад. Сегодня как-то подзабылось, что Путин и Зеленский уже встречались лично, и ничем хорошим это не кончилось. Собственно, психологические истоки этой войны зарыты именно там, на той предельно драматичной встрече.
Тогда в Париже другой «переговорщик» (Сурков) вроде даже договорился с Зеленским о «мягкой сдаче» Донбасса (читай – буквальном выполнении так называемых «минских соглашений», которые, как справедливо заметил Путин, никто никогда не собирался исполнять, но именно потому, что их было невозможно исполнить, не развязав войны).
Именно это Зеленский осознал, пока летел из Киева в Париж на подписание полностью согласованного документа с Путиным в присутствии Меркель и Олланда. Он просто понял, что момент подписания последнего акта гибридной войны в Донбассе станет для него по возвращении первым актом гражданской войны в Украине, и одновременно – последним актом в его собственной политической карьере. И поэтому он решил публично рассказать Путину в присутствии Меркель и Олланда, как тот не прав.
Будем справедливы: такое не забывается никем, и особенно такими легко уязвимыми персонажами как Путин. Он и не забыл, придав этой войне, помимо всех прочих аспектов, еще и характер глубоко личной вражды. Перефразируя героя фильма «Мимино», можно сказать, что Путин испытывает с тех пор к Зеленскому такую личную неприязнь, что даже кушать не может.
И вот история повторяется. Зеленский приглашает доверенное лицо Путина (Абрамовича), якобы желая сообщить что-то важное. Путин в надежде, что «лед тронулся», согласовывает поездку. Но во время встречи Зеленский лишь повторяет свои обычные тезисы о «мире с позиции силы», интересуется (судя по комментариям в прессе), когда Абрамович отдаст деньги за проданный «Челси», а в догонку публикует письмо, в котором называет Путина «земляным червем».
Я не скажу, что Зеленский не имеет права все это высказать именно в такой или даже более грубой форме. После всего, что случилось между Россией и Украиной, и не такое возможно. Но вряд ли это можно обозначить как «послание мира». Хотел ли Зеленский специально оскорбить Путина? Не думаю; полагаю, что он на самом деле рассчитывал, что так можно достичь мира.
Он просто действовал в своей привычной манере, которая сформирована, с одной стороны, верой в то, что человека можно «заговорить» до чего угодно (тут ему к Макрону), а с другой – пониманием того, что сказать он себе может позволить очень немного. Вот он и передал Путину как смог: «Ты что, тупой? Не видишь, что я побеждаю? Давай мириться, пока зима не настала».