Трамп, Венесуэла и нефть
Внимание Трампа нынче привлечено к Венесуэле и многие почему-то считают, что это часть великого американского плана – захватить несметные нефтяные богатства Венесуэлы, открутить там краны на полную, залить рынок нефтью, обрушить цены, разорить Путина, остановить войну.
Действительно, Венесуэла считается обладательницей самых больших запасов нефти в мире, на 20% больше, чем у Саудовской Аравии. Но почему-то даже в лучшие времена, до Чавеса с его большевистскими методами управления нефтяной отраслью, когда в Венесуэле вовсю работали западные компании, Венесуэльская добыча выше 30% от саудовской не поднималась. В чем же дело?
А дело в том, что только четверть венесуэльской нефти – это обычные запасы. А остальное – это сверхтяжелая нефть.
Сверхтяжелую (а значит, очень вязкую) нефть, во-первых, очень дорого добывать – сама она из скважины не бьет. Надо, например, бурить две скважины с горизонтальными участками в параллель, одну над другой, в одну нагнетать пар, который сделает нефть подвижной, а из другой выкачивать. А во-вторых, когда она добыта, она даже не жидкая, т.е. ее нужно подвергать крекингу, чтобы получить нечто приемлемое для нефтеперерабатывающих заводов. Все это делает сверхтяжелую нефть, во-первых, очень дорогой в добыче, а во-вторых, требующей очень больших вложений на старте проекта – на строительство парогенераторов и заводов для крекинга. Все это, во-первых, сильно замедляет освоение месторождений, а во-вторых, делает его срок окупаемости значительно дольше.
Одно дело, когда у нефти высокие только текущие издержки добычи – это не так страшно, если цена упала, перестаем бурить, не добываем, ждем лучших времен, когда они настанут – – продолжим. Именно так устроена экономика сланцевой добычи. И совсем другое, когда надо инвестировать много денег на старте и надеяться на то, что на протяжении достаточно долгих последующих лет цена продажи добытого будет достаточно высока, чтобы окупить эти вложения.
Все это делает разработку месторождений такой нефти малопривлекательной даже в спокойной Канаде. Сколько-то ее там добывается, но объем добычи ограничен отнюдь не тем, что запасов мало, а лишь аппетитом разработчиков к такому роду проектов.
***
А что же с традиционной нефтью Венесуэлы? Может, эту добычу можно легко и быстро раскочегарить и залить ей рынок? Давайте посмотрим, как быстро восстанавливалась после падения добыча Ирака. 10 лет, с пика 2000-го года к восстановленному уровню 2010-го. Но в Венесуэле дело сильно хуже – проблемы у государственной компании PdVSA начались примерно в 2004-м, когда Чавес начал бороться с гнездом антиболиварианских настроений в ней, к 2015-му в ней, во-первых, практически не осталось специалистов, причем, не только инженеров, но и квалифицированных техников им рабочих, все поразъехались и нашли себе работу вне страны, а во-вторых, началось совсем уж суровое мародерство с растаскиванием оборудования и промысловых трубопроводов на металлолом. Сейчас венесуэльскую нефтедобычу нужно фактически воссоздавать заново, так что, если удастся на уровень 3 мбд выйти с нынешнего 1 хотя бы лет за 7-8, это будет большим успехов. Да и кроме того, лишние 2 мбд – это, ей-ей, не тот объем, который способен так уж сильно поколебать мировой нефтяной рынок и цены на нем.
В общем, как ни крути, свергнуть-то Мадуро Трамп, наверное, может, впрочем, это вопрос не совсем моей компетенции. А вот быстренько раскачать добычу на радость американским потребителям топлива, на горе Путина – в обозримой перспективе, скорее всего, нет.