Слава Украине!
Просыпаюсь после ночи, полной ковидного кашля. За окном — тихое и совершенно спокойное португальское утро. За домами виден кусочек океана — там тоже все спокойно.
Открываю новости и читаю про ракеты, обрушивающиеся на Киев, Днепр, Харьков. Смотрю на фотографии детей в метро, думаю о своих друзьях в разных частях Украины, о своей выпускнице, уехавшей из Житомира с детьми в Германию, а потом вернувшейся домой. Что с ними сейчас? А что делают люди в тех городах, где нет метро?
Представляю себе, как где-то у пультов управления ракетчики нажимают кнопки и какой-нибудь майор наверняка говорит: «Вот вам ответочка за наш мост». А где-то в закрытых КБ сидят люди, сконструировавшие эти проклятые ракеты и пусковые установки и с интересом следят за тем, как работают их произведения. А может, не с интересом, а с ужасом? Впрочем, если ты уже работаешь на войну, то, наверное, должен испытывать профессиональный интерес к происходящему? Или ты объяснял себе, что обеспечиваешь безопасность своей страны?
«Зато, говорю, мы делаем ракеты / И перекрыли Енисей / А также в области балета / Мы впереди планеты всей…»
В здешних тихих местах, в Эшториле и Кашкайше, люди укрывались от войны ещё 80 лет назад. Во время Второй мировой войны здесь, на Португальской ривьере, селилось множество людей, бежавших от бомбежек и гестапо. Здешняя история знает много блистательных имен. Отель «Атлантико», стоявший там, где сегодня возвышается «Интерконтиненталь», принадлежал немцам: считалось, что здесь обретаются немецкие шпионы. А отель «Паласио» был местом, где собирались английские и американские военные и разведчики.
Здесь Иэн Флеминг «приглядывал» по поручению британской разведки за одним из самых великих двойных агентов всех времен — Душко Поповым; здесь он видел, как Душко поставил в казино «Эшторил» 50 тысяч «казённых» долларов… Но крупье не принял такую огромную ставку, так что Флеминг смог выдохнуть — и отрапортовать куратору всех иберийских шпионов, что Душко выпендривается, но деньги в порядке. Куратором был Ким Филби — советский шпион. А Душко стал прототипом Джеймса Бонда.
Но помимо многочисленных шпионов, которыми так гордится сегодня Эшторил, здесь ещё было множество обычных людей, которые не могли позволить себе селиться в роскошных отелях. Они добирались сюда, в нейтральную Португалию, всеми правдами и неправдами: через оккупированную Францию, через франкистскую Испанию, оставляя позади разбомбленные города, эшелоны, двигавшиеся по направлению к лагерям смерти, оставляя всю прежнюю жизнь. Они снимали номера в маленьких гостиницах или пансионах, потому что тут было дешевле, чем в Лиссабоне, и ждали американской визы.
Я пытаюсь представить, что они чувствовали. У них было преимущество перед сегодняшними беженцами. Они могли в течение долгих месяцев сохранять надежду, они не видели фотографий и кинокадров, показывающих бомбежки городов, они не могли так ярко представить себе, что происходит у них на родине, как сегодня это представляют люди, живущие в соседнем со мной доме, рядом с которым стоит машина с украинским номером.
Но в те же далёкие времена беженцы годами мучились, не зная о судьбе близких, не имея возможности связаться с ними, подозревая самое худшее. Сегодня и хорошие, и ужасные новости распространяются с невероятной скоростью.
И поэтому мы все видим тот ад, который устраивают сейчас в Украине агрессоры, — им же надо отомстить за испорченный день рождения крысы, сидящей в бункере.
Но я слушаю обращение Зеленского, который не говорит, что надо всем погибнуть за родину, а просто просит людей оставаться в укрытиях, и уже это одно придаёт силы.
Пока я это пишу, приходят всё новые сообщения о том, как российские ракеты падают на Украину. Но посмотрите видео, как люди в киевском метро поют украинские песни. И тогда станет ясно, что есть то, что посильнее ракет. Из бункера этого не понять.