Происходит стадия принятия
В Воронеже после удара крылатых ракет по военному заводу, который делает ракеты, чтобы бомбить Украину, по официальным данным погибло пять человек. Еще днем в городе объявили экстренный сбор крови для пострадавших, так что число погибших и серьезно раненых может быть занижено – по старой советской практике секретности, раз ты погиб на режимном объекте, то не привлекай внимания, герой.
Мне очень жаль Воронеж, там есть памятник Платонову, проспект Революции, в нем живут мои друзья. Когда у тебя над головой летают ракеты, ты можешь быть убит: так в Украине мои соотечественники убивают людей ни за что. А если вы были в Воронеже, то знаете – он южный, теплый, с долгой мягкой осенью по сравнению с нашими стандартными широтами, и похож на Киев.
Работников оборонного предприятия жалеть сложнее: никто не должен работать на производство орудий убийств, такие производства, разумеется, законная военная цель. За такие слова российские военные преступники будут раздавать дела про «оправдание терроризма», будьте осторожны. Мне повезло: у меня уже есть все статьи, которые они могут придумать, могу писать, что думаю.
Журналистка и «кремленолог» Фарида Рустамова рассказывает, что в закрытых опросах, которые носят в Кремль, уже 60% сограждан говорят «заканчивайте хоть как-нибудь». Некоторые говорят: нам все равно, если вам есть чем ударить, ударьте уже (ядеркой), и пусть все сразу кончится.
Это хороший признак: даже у побитых постсоветским хуторским сознанием, лишенных эмпатии граждан происходит стадия принятия. Война не закончится победой, ебучая специальная военная операция не идет по плану, у нее нет никаких целей, ее надо заканчивать.
Но поскольку если закончить и принять реальность, то страшно, то уж ударьте чем-нибудь — у вас же есть чем? Есть, да? (визуализация мема с Энакином и Падме).
Через три месяца у Путина выборы, их имитация, напоминающая имитацию оргазма ветераном секс-индустрии. Вот он в нижнем белье в цветах триколора, испачканный окопными кровью и испражнениями, призывно зазывает из своей кабинки для голосования. Граждане должны построиться в манипулы, получить предписания на рабочих местах, зарегистрироваться в системе дистанционно и электронно, а губернаторы посчитать их и на выходе получить процент не хуже, а то и лучше, чем обычно. И идти прямо туда, демонстрировать любовь.
Но у граждан не будет бензина, чтобы добраться до избирательных участков. У них не будет интернета, чтобы проголосовать дистанционно. На их улицах звучат воздушные тревоги: это злой, агрессивный Зеленский, комический актер, сменивший жанр на фильм ужасов, выдвигает ультиматум.
У граждан, которые должны продемонстрировать любовь, не будет надежды на то, что общее совместное будущее возможно.
Поэтому Путин уже второй раз за два месяца возложил венки к памятнику неизвестному солдату. Это особенно заметно, потому что он редко появляется на открытом воздухе по другим поводам. Венок в честь Второй мировой – черный магический ритуал, который Путин воздает самому себе.
Как-нибудь и на этот раз собирается «всех переиграть», но пока ему до обидного нечего сказать. Только венки появляются все новые.