Получается, что “изменившиеся обстоятельства” – это война
Война и так уже помогла многим избежать наказания (вспомним историю ефрейтора, зарезавшего мать троих детей), теперь же есть прецедент и принято официальное решение: Верховный суд РФ признал участие в “спецоперации” основанием для освобождения от уголовного наказания.
Судебная коллегия по делам военнослужащих ВС постановила, что «в связи с изменением обстановки» можно освободить от наказания военнослужащего Владислава Устинова, виновного в смертельном ДТП.
В УК действительно есть статья (80.1), согласно которой люди, впервые совершившие преступления небольшой и средней тяжести, освобождаются от наказания, если “вследствие изменения обстановки это лицо или совершенное им преступление перестали быть общественно опасными”. Судьи ВС отметили, что так как с момента совершения преступления прошло более полутора лет, и Устинов сейчас “выполняет боевые задачи на фронте”, то он больше не опасен для общества.
Получается, что “изменившиеся обстоятельства” – это война, так как преступление было совершено до ее начала.
Как, отправившись на войну, человек перестает быть общественно опасным?
Предполагаю несколько вариантов:
Верховный суд решил, что подсудимый уже не вернется.
Подсудимый перестает быть опасным только для российского общества и превращается в “биологическое оружие”, которое уничтожает общество “врага”.
Суд решил, что война – это и есть худшее наказание, вину свою он искупил.
Это решение Верховного суда – повторю, прецедент, который согласуется с новым законом, позволяющим уходить от ответственности мобилизованным и контрактникам, совершившим преступления небольшой и средней тяжести.
Власть все активнее прижимает граждан, попавших в безвыходную ситуацию (доля оправдательных приговоров в России – 0,36%), подсказывая им путь “на свободу”. И пускает под откос жизни тех, кто между двух зол выбирает, как им кажется, меньшее – как это было с зеками, завербованными Пригожиным. Самые поломанные, “оторванные” и отчаявшиеся люди получили оружие и отправились убивать и пытать. Вернувшись домой, многие из них не перестали это делать – достаточно почитать сводки новостей.
Это решение – не первое и не последнее свидетельство того, как так называемое государство собственноручно собирает франкенштейна, который его же потом либо покалечит, либо уничтожит. Радикальные группы, недовольные происходящим, рождаются с самых низов – там где люди достигли глубин отчаяния и которым больше нечего терять.
С войны вернутся не просто травмированные люди, с нее вернутся те, кто точно знает, что государство не дало им выбора.