Перестроечное кино
Перестроечное кино было уникальным явлением мировой истории: умирающее тоталитарное государство оплачивало работу режиссеров, обличающих его пороки. Гласность была организована на бюджетные деньги и не предполагала, что авторы будут думать о коммерческом успехе.
В 1988 году Евгений Цымбал снимает короткометражный фильм “Защитник Седов”, один из важных эстетических опытов осмысления сталинизма. “Защитник Седов” и общество, описанное в нем, это наша “Игра в кальмара”, но только с документально исторической основой.
По сюжету во время большого террора московский адвокат Седов (до 1939 года в СССР адвокаты официально назывались защитниками) поздно вечером слышит стук в дверь. Он объясняет жене, что волноваться не о чем, потому что “приходят рано утром”. Седов принимает женщин, жен новых врагов народа, приехавших к нему из провинциального города, потому что ни один местный адвокат не взялся за дело.
Все говорит о том, что и Седову браться не нужно: придется работать с НКВД, которые ведут спецдело против изменников родины, уже приговоренных к растрелу. Но профессиональная гордость и некоторое отчаяние берет верх и адвокат едет в Энск.
Там открывается следующая картина: организаторы террора чрезвычайно утомлены и перегружены, у них план и обязательства перед центром. В маленьком городе врагов народа все знают, но не решаются их защищать, потому что таков политический момент, нужно принять террор как данность и постараться выжить самому. Командант тюрьмы, местный прокурор, его секретарь – все они просто работают, а Седов приехал им мешать. Дело против народа построено на экспертизах, которые содержат фразы “достоверно установить не удалось, но можно предполагать, что преступники, используя методы иностранных разведок, скрыли свою причастность к данному деянию”. Как и ситуация в россойской адвокатуре, это прямая параллель к нынешнему институту судебных экпертиз.
Седов возвращается в Москву, добивается встречи с генпрокурором Вышинским и излагает ему фабулу дела, которое полностью сфабриковано.
Финальная сцена: с трибуны Вышинский обличает фашистко-троцкиских заговорщиков, которых нужно расстреливать как бешеных собак. Он приводит в пример дело защитника Седова. Он называет Седова сознательным советским человеком, разоблачившим грязный заговор, проникший в следственные органы СССР. Он говорит, что ни в чем не повинные граждане были приговорены к высшей мере наказания фашистко-троцкистской терроритической организацией в составе прокурора города Энск, его секретаря, начальника местной тюрьмы и следователей.
Их расстреляют, спасибо вам, защитник Седов, гражданин и патриот нашей советской родины.