Но что-то там застряло у них…
Продолжая вчерашнюю тему.
Если спрямлять углы, то в 2023 году для Путина вырисовываются два возможных стратегических продолжения своей «большой игры»: или уходить в оборону, сосредоточившись на терроризировании гражданского населения Украины и разрушении ее экономики, или попытаться изгольнуться и развернуть вспять колесо военной фортуны, организовав новый бросок на Киев с территории Беларуси.
Путин, как принято, до последнего будет сохранять неопределенность и наводить тень на плетень, то заявляя о готовности к очень долгой войне, то имитируя лихорадочную военную активность, свидетельствующую о подготовке к чему-то. К чему именно он склонился, мы, скорее всего, узнаем постфактум, если нам не расскажет об этом американская разведка. Но и в последнем случае мы ей не поверим.
И то, и другое продолжение имеет для Путина свои преимущества и свои риски, так что выбор совсем не прост.
Уход в оборону и начало длительной «ресурсной» войны является более предсказуемым сценарием. В устойчивости режима у Путина особых сомнений сегодня нет, имитация народной войны позволяет держать массу в отмобилизованном состоянии продолжительное время. Более того, сама война и есть главное средство мобилизации населения: тема коррупции в условиях войны уходит на второй план, оппозиционная деятельность приравнивается к диверсионной, консолидация вокруг вождя происходит практически автоматически, без приложения каких-либо серьезных усилий. Война – это, в принципе, еще одна новая зона политического комфорта для Путина, и у него нет серьезных мотивов ее покидать.
Но в долгосрочной перспективе риски начнут превышать политический профит. Поэтому долгая война как радует, так и пугает Путина. Ходят всякие грефы и набиулины, нашептывают всякие гадости. Понятное дело, что паникеры, но вдруг. Ведь санкции – как кислородное голодание. В принципе, к жизни высоко в горах можно приспособиться, но при больших нагрузках голову может повести, и нога соскользнет в пропасть. Запад пока не балует Украину современным наступательным вооружением, но может ведь и передумать. Людям, пережившим полгода массированных ракетных обстрелов, терять нечего, и подмосковные вечера тогда станут менее томными. Так или иначе, но уровень энтропии в случае затягивания войны будет нарастать. В какой точке в Россию в терновом венце революций снова придет «шестнадцатый год» никто, конечно, не знает, но рано или поздно придет. Встреча с ним в планы Путина не входит, и поэтому он постоянно будет искать способы ускорить окончание войны на выгодных для себя условиях.
Ускорение возможно в положении Путина только за счет дополнительных рисков, что не совсем в его характере. Чтобы ускориться, надо наступать на Киев и устанавливать там свою власть с каким-нибудь Януковичем-Рабиновичем в качестве прокладки. Но даже самое хорошо подготовленное наступление есть дело совершенно непредсказуемое. Вернее, так: одно можно предсказать совершенно точно – открытых ворот и ключей на подушечке точно не будет. А раз так, то эпохальное наступление может обернуться какой-нибудь уж совсем ненужной Цусимой. Путин суетится и хочет получить от генералов гарантии, а какие могут быть гарантии в скифской войне? Как ни верти, всю ответственность за это наступление придется брать на себя, что уж совсем нехорошо.
Тут еще и сроки поджимают. Позже конца февраля начинать нельзя – там впереди опять распутица, на этот раз весенняя. Если тянуть до лета, то украинцы накопят слишком много вооружений и начнут первыми. Да и внутри России «злые языки» начнут спрашивать – а чего это мы там так подзадержались? В общем, куда ни кинь – всюду клин. Так что не только мы, но и сам Путин входит в Новый 2023 год в обстановке нервозности и раздражения. Но нам легче. Мы можем злиться на него, а ему остается злиться только на самого себя. Сам себя загнал в бутылку, а теперь пытается вылезти обратно через узкое горлышко. Но что-то там застряло у них…