Мы не забудем никогда!
Историк знает, что на земле нет вечной памяти. Она у Бога – в Вечности, где времени нет, а есть вечное ныне. И у Бога все живы. И те, кто были замучены в годы Красного террора осатаневшими чекистами, и те, кто были запытаны НКВДистами, и те кто истаяли от голода за три рукотворных большевицких голодомора, и те, кто были брошены в Молох войны, развязанной Сталиным – они все живы. Гудят колокола не только Бухенвальда и Аушвица, гудят колокола ГУЛАГа, Бутовского полигона, Каштачной горы Томска, 12-го километра от Екатеринбурга, Ржевского полигона, Катыни и Куропат…. По всей той России, которой большевики дали кличку СССР, гудят эти колокола памяти.
Да, наверно, пройдут тысячелетия и живая земная память исчезнет, сокроется в битах информации, как ушла память о страшных человеческих гекатомбах древних народов. Но пока живы народы той, распавшейся в 1991 году России, эта память будет жива и будет выворачивать было задремавшие души. Повсюду.
И какими жалкими, ничтожными и, одновременно, о много говорящими являются попытки нынешних наследников ВЧК-НКВД-КГБ, захвативших власть в России (уже нынешней) и в Белоруссии, изгладить эту память, чтобы не приходили оттуда, замученные их отцами и дедами страдальцы, не обличали их спящую совесть, не будили ее.
Вот разломан памятник жертвам репрессий и голодомора в Мариуполе, вот запрещено собираться сегодня читать имена у Соловецкого камня на Лубянской площади в Москве. Что с того? Эти запреты и разрушения памятников скорби приводят не к забвению прошлого, а только к самообличению и саморазоблачению духовных потомков убийц.
Вы, те кто решились перекраивать границы в Европе и для этого стали бесчисленно убивать украинцев, вы думаете новым преступлением загладить старые? – О нет. Вы просто поставили в череду тех убийств и эти нынешние убийства. Вы потому запретили собираться у Соловецкого камня, что камень этот из страшной Беломорской тюрьмы вопиет к миру – вчера Катынь, Соловки и Бутово – сегодня Чечня, Украина и Сирия. Преступления творят уже несколько поколений профессиональных злодеев, которые всё не могут напиться человеческой крови.
Суд над ними не свершился, к сожалению, в 1992, они не были осуждены, не попали в люстрационные списки, они продолжили гулять на свободе и вскоре стали управлять страной и учить своему делу молодежь, и потому выросла смена тем убийцам и вновь стала насиловать, разорять и убивать. Их дела мы видим ныне – дела сатаны – человекоубийцы от начала.
И вот, они запрещают память, закрывают “Мемориал”, выставляют кордоны Росгвардии у опустевшего Соловецкого камня. Однако, память жива. И второго бессильного Московского процесса 1992 г. не будет. А будет русский Нюрнберг. Обязательно. И память о нем русский народ будет хранить века, как великое назидание, что зло не может осилить Божью Правду, что рано или поздно, но Память из Вечности возвращается на землю, утверждая добро на месте зла. Но возвращается эта правда только человеческой волей, только бескомпромиссным устремлением сказать человекоубийцам “нет” навсегда. Это мы тоже не должны забывать.
