«Коррупция, но иначе было нельзя»
Посмотрела совершенно гомерическое интервью Дудя с Шалвой Чигиринским — ярчайшим бизнесменом эпохи 90-х и 2000-х, чье имя должно быть знакомо каждому приличному деловому журналисту. Шалва Павлович в свои 76 неуловимо смахивает на постаревшего Майкла Корлеоне в исполнении Аль Пачино, который проводит пенсию на Лазурке. Что делает их с Юрием не просто персонажами разных поколений, а существами с разных планет.
Словарь Шалвы Павловича, конечно, не так многообразен, как знаменитые показания Березовского и Абрамовича в Лондонском суде, но все же достаточно богат, чтобы посмотреть интервью хотя бы ради свидетельств эпохи.
«Через мой дом шел весь международный бизнес в России», «все знали, что нужна система смазок» и «facilitation fee», а также история про треугольник, символизирующий собой «крышу», который на листе бумаги нарисовал сотрудник ExxonMobil. (Чигиринский рассказывает, что на той встрече якобы о таком узнал впервые, ибо благодаря дружбе с московскими властями потребности в крыше у него не было).
Из интервью вылезает еще множество подзабывшихся деталей, например, о дорогущих часах заммэра Москвы того времени Владимира Ресина, которые ему подарил Шалва. «Это коррупция?» — спрашивает Юрий. «Коррупция» — признает герой. «А гостевой визит Лужкова и Батуриной на вашу виллу? А то, что жена мэра снимала в вашем здании офис? И это была коррупция?!» — шагает Юрий по жизненным вехам своего героя. «Ну да, по сегодняшним меркам это коррупция», — снова и снова умиротворяюще отвечает Шалва, чем совершенно обезоруживает собеседника. «Вы назвали Березовского умницей, но он же злодей!».
Все три часа Чигиринский безуспешно пытается донести сложность своего времени. Да, мол, коррупция, но иначе было нельзя. И мы хотели, чтобы было красиво, добавляет Шалва. Он мечтательно вспоминает проекты Нормана Фостера, а также возникшие по всей Москве комплексы заправок BP, где можно было не пачкать руки и где был приличный кофе задолго до того, как похорошевшая Москва наполнилась тыквенным латте.
Можно было по-другому или нельзя, мы уже сегодня никак не проверим. Все познается в сравнении: Ресинская коллекция часов, где «Ведомости» еще в 2009 году нашли экспонат за 1 млн долларов, на фоне нынешних миллиардных оборотов каких-нибудь начальников департаментов ФСБ кажется просто жалкой.
Но симпатии Шалве придает не то, что он меньший коррупционер, чем молодые поколения, а тем, что он способен называть вещи своими именами. Например, коррупцию коррупцией, а войну войной. Надо сказать, что его это действительно выгодно отличает от 99% бизнес-героев современной России. Для сравнения, вы можете открыть относительно свежее интервью Петра Авена латвийской прессе, где есть много рассказов о славном прошлом семьи Петра Олеговича, и ни слова о текущем положении дел.