Контекст сделки
«Ресурсная сделка» в итоге получилась приемлемой для Украины. США и Украина на паритетных началах создают инвестфонд, он будет вкладывать в добычу ресурсов в Украине, прибыль от этих вложений будет делиться 50 на 50. При этом будущие (а не прошлые, что принципиально) поставки американского оружия идут в счет американской доли в фонде. С одной стороны, оружие теперь поставляется не бесплатно, а в обмен на будущие ресурсные доходы, с другой, само наличие фонда подразумевает, что США продолжат вкладываться в Украину – деньгами или оружием, – и таким образом становятся материально заинтересованы в ее мирном будущем.
Проблем здесь может быть две. Первая – сам размер этого фонда. 50% его капитала должен мобилизовать украинский бюджет. О каких суммам может идти речь? Сейчас, например, все бюджетные доходы от продажи ресурсов – около 1 млрд долл., то есть одна система Пэтриот. Такие суммы погоды не сделают.
Вторая проблема – полчища американских юристов, которые легко смогут заблокировать работу фонда, если американской администрации что-то не понравится. Это все будет выставлено как «украинское упрямство» или пресловутая «коррупция».
Но самое главное – контекст сделки. По сути с ее помощью Трамп убеждает сам себя, что Украиной в принципе стоит заниматься. Пока он это делает, идет война (делающая на текущий момент эту сделку абсолютно бессмысленной). Прекратить войну, вопреки собственной болтовне, Трамп неспособен. На этом фоне игры вокруг сделки – в лучшем случае бессмыслица, в худшем «второй фронт» против Украины (а не за).
Трамповская администрация бестолковая и несерьезная. За 100 дней она не приняла ни одного конструктивного решения, только разрушительные (которые другим странам, в т.ч. Украине, иногда удается поправить). Трагедия в том, что четвертый год войны пришелся на правление этих людей.