«Конкретная чёткая миссия»
Спикер палаты представителей Конгресса США выступил с заявлением, что война с Ираном – это не война, а «конкретная четкая миссия». На видео слышно, как перед этими словами он запнулся и сделал неловкую паузу.
Технически понятно, зачем нужно это заявление – согласно Конституции США, право объявлять войну принадлежит Конгрессу, а не президенту. Поэтому в случае с войной в Иране сторонники Трампа вынуждены избегать слова «война». В результате социальную реальность немного обрабатывают напильником (забавно, что, реагируя на критику за эти языковые манипуляции, Джонсон заявляет: «я не верю в эти семантические игры»)
В общем, почитайте речь. Вот эти формулировки «это не война, а специальная миссия», «у нас не было выбора», «это оборонительная миссия», «если бы не мы, завтра у Вашингтона стояли бы войска НАТО ракеты Ирана» вызовут у вас флешбэк:
«Я считаю, что принятие сейчас резолюции о военных полномочиях было бы крайне опасной и плохой идеей по всем тем причинам, которые я только что изложил. Это придало бы силы нашим врагам. Это связало бы руки нашим собственным силам и лишило бы вооружённые силы США и главнокомандующего возможности завершить эту критически важную миссию по обеспечению безопасности.
Иран за последние несколько дней атаковал три наших посольства США. Напомню, что это суверенная территория США. Они объявили нам войну (They have declared war on us).
Я не верю в эти семантические игры. Сегодня утром мы уже говорили о языковых формулировках.
Сейчас мы не находимся в состоянии войны (We’re not at war right now).
Сейчас идёт четвёртый день очень конкретной и чётко определённой [ПАУЗА] миссии – операции (to a very specific clear mission, an operation) под названием «Epic Fury». (…)
Нам пришлось разобраться с этими баллистическими ракетами (…)Нам нужно было гарантировать, что они не смогут обрушить весь этот залп ракет на наших людей, наши войска, наши объекты, наших граждан в регионе и наши базы.
У нас не было выбора.
Это оборонительная операция».
Нет, я не считаю, что оба режима похожи, просто приемы языковых манипуляций у политиков довольно конкретны и ограничены.