Коллективная фотография
– Я думала, вы за Путина.
– Так я и за Путина! Потому что так им и надо…
Когда, в 2010 году, я писал этот диалог для героев пьесы “Потерпевший Гольдинер”, я, конечно, даже близко не представлял размеров итоговой коллективной расплаты…
Будущее России, сорвавшейся в имперский штопор, печально, если не совсем ужасно. Xорошо понимаю радостные чувства большинства украинцев при взгляде на эту перспективу, и странно было бы ожидать других на пятом году жестокой войны. (Впрочем, для того, чтобы понимать историческую неизбежность будущей расплаты за наше коллективное безумие, не обязательно быть украинцем, достаточно просто иметь немного мозгов).
Всё это справедливо, но справедливо только в историческом плане, через тот самый дальнофокусный объектив матушки Клио. А на крупном плане – здесь и сейчас – люди и их судьбы. И того, кому эти улицы и лица не чужие, заранее раздирает тоска и жалость при взгляде на родину через замочную скважину фейсбука…
Вот в джазовом клубе Алексея Козлова играет на гобое артист Сергей Фролов, которого я помню первокурсником у Марка Захарова, а потом шутом Балакиревым на сцене Ленкома (в паре с Олегом Янковским и, клянусь, ничем не хуже него)… Джазует Сережа прекрасно, и вокруг него – замечательные музыканты, а в зале – замечательные, по всей видимости, люди. Жил бы сейчас в Москве – был бы среди них.
Вот прекрасный Олег Львович Куряшов набрал свой очередной курс в РАТИ, бывшем ГИТИСе. Я когда-то преподавал у него в театре “Третье направление”, работал на спектаклях по песням Кима и Галича… И вот, спустя почти сорок лет, очередные свежепринятые счастливые “кудряши”, позируя для коллективной фотографии, едят арбуз в скверике перед институтом…
Виноватить их и их родителей (из нашего свободного “далека”) за то, что после Бучи и Мариуполя они не вскрыли себе вены и не пошли в тюрьму, а продолжают жить, играть и слушать джаз, учить и учиться, ходить на работу и в магазин, растить детей по месту прописки и искать опору для человеческой жизни – занятие беспроигрышное, но подловатое.
Наши родители (а перед ними наши деды и прадеды) – жили посреди не менее чудовищных времен, голодоморов, расстрелов и интервенций, да и мы вполне успели пожить среди Афгана и Чечни, и на одного академика Сахарова и сотню диссидентов рядом с ним приходились многие миллионы строителей коммунизма, самые ушлые из которых сегодня как раз и специализируются на пощечинах рабскому русскому народу…
Плюнуть и растереть. “Неучастие в подлости”, по классической формуле Фазиля Искандера – вполне достаточный нравственный минимум, и дай бог здоровья Сергею Фролову: он не пара своему коллеге по “Ленкому”, депутату Певцову.
Но.
Невозможно, слушая это соло на гобое, не понимать, как будет выглядеть кода. Перед каким жизненным выбором встанут в начале тридцатых выпускники-“кудряши”, рожденные на исходе нулевых, если все ЭТО не лопнет в самое ближайшее время. Про варианты не стоит даже и гадать – все выпускные сценарии давно нарисованы.
Окружающая бытовая среда продолжит деградировать – вслед за бензином начнут исчезать другие приметы нормальной жизни, зато в товарном количестве начнут появляться ветераны СВО в качестве элиты и “хозяев тайги”, и пейзаж будет всё больше напоминать тайгу.
Бюджеты продолжат съеживаться, искусство предсказуемо перейдет в разряд обслуги, надо будет выживать, и самые незамысловатые из выпускников, махнув рукой на учителя, пойдут сниматься в “патриотическом” кино и “посещать собрания нечестивых”…
Самые ушлые станут “первыми учениками” и рассядутся по думским синекурам. Те, что устроены посложнее, попробуют найти нишу для свободного вдоха, свой “гобой”, но объем дозволенного вдоха будет сокращаться и дальше. И кто-то сломается и договорится с собой о том, что все неоднозначно – и все-таки пойдет сниматься в “патриотическом” кино, а кто-то договориться не сможет и уйдет из профессии во что-то менее зависимое от идеологии…
Кто-то, наконец, выберет свободное, но трудное, а иногда, увы, и вполне унизительное плавание снаружи от родины (если к тому времени с родины еще будут выпускать). Там, снаружи, смельчаки начнут большими ложками есть паспортное презрение и бесправие – и кто-то возненавидит такую свободу и вернется в бесправие родное и привычное, и даже (а что делать?) поймет путинскую правоту…
“Нет ничего нового под солнцем…”
Все эти тропы давно пройдены и нами (“доблестной молодежью семидесятых”), и нашими отцами и дедами.
Оттого-то – не чистой радостью, а болезненным сжатием откликается сердце на фотографию в фейсбуке, где счастливые юные “кудряши”, талантливые мальчики и девочки, рожденные в начале темного путинского царствования, уминают арбуз в уютном арбатском скверике и смеются на своей первой коллективной фотографии…