Когда Сократ ужинает с Калигулой…
Конгресс США опубликовал 95 тысяч документов из архива Джеффри Эпштейна – финансиста, который до своей смерти в тюрьме в 2019 году успел стать символом самых темных сторон американской элиты. Педофил с миллиардным состоянием, торговец несовершеннолетними, превративший свой особняк на Манхэттене и остров в Карибском море в места, о которых лучше не знать подробностей. И вот теперь мы листаем его альбомы и переписку, как будто изучаем социальную сеть преисподней.
Билл Гейтс на фото с неизвестными женщинами? Ожидаемо. Клинтон в самолете? Банально. Стив Бэннон обсуждает с Эпштейном построение ультраправого движения в Европе? Даже скучно. От людей большой политики и большого бизнеса мы давно научились ждать теневой стороны – той, где рукопожатия липкие, а улыбки стоят миллионы. Даже Вуди Аллен, которого я искренне считаю гением кинематографа, вписывается в эту картину со своей, скажем так, неоднозначной личной историей.
Но вот что действительно царапает: фотография Ноама Хомского в частном самолете Эпштейна и переписка, где 96-летний патриарх современной лингвистики называет осужденного педофила «высоко ценимым другом». Хомский – это же не просто ученый. Это человек, чья работа «Синтаксические структуры» перевернула наше понимание языка и сознания. Это автор «Фабрики согласия», научивший целое поколение критически смотреть на медиа. Это моральный авторитет, который десятилетиями говорил правду власти, выступал против войн, защищал права угнетенных от Восточного Тимора до Палестины.
И вот этот человек в 2015-2016 годах – уже после того, как Эпштейн отсидел за совращение несовершеннолетних – регулярно встречается с ним для «глубоких дискуссий о широком круге тем». В 2018 году через счета Эпштейна проходит 270 тысяч долларов для Хомского (сам лингвист утверждает, что это были его собственные деньги, просто Эпштейн помог с переводом между счетами – представьте профессора MIT, который не может справиться с банковским переводом).
Или взять Лоуренса Саммерса – экономист, министр финансов при Клинтоне, а главное – президент Гарварда с 2001 по 2006 год. Человек, который должен был воплощать интеллектуальную честность первого университета Америки. В опубликованной переписке Саммерс «рутинно» общается с Эпштейном, просит у него советов по личным вопросам, шутит о женском интеллекте. После публикации документов Саммерс экстренно покинул совет директоров OpenAI и преподавательскую должность в том же Гарварде – университет начал внутреннее расследование.
Проблема не в том, что интеллектуалы общались с богатым человеком сомнительной репутации. Проблема в слепоте. Хомский, написавший тома о том, как власть и деньги развращают, не увидел очевидного: Эпштейн использовал свое богатство для систематического насилия над детьми. Саммерс, экономист мирового уровня, не разглядел простейшую схему: Эпштейн покупал не дружбу, а респектабельность, отмывая свою репутацию через ассоциацию с великими умами.
Эпштейн коллекционировал интеллектуалов как некоторые коллекционируют картины – не для понимания, а для статуса. А они, опьяненные вниманием миллиардера, частными самолетами и обещаниями финансирования исследований, позволяли себя коллекционировать. MIT получил от Эпштейна 850 тысяч долларов, Гарвард – более 9 миллионов.
Самое горькое во всей этой истории – не грязь, а наивность. Люди, профессионально занимающиеся анализом власти, производством смыслов и моральной философией, оказались неспособны увидеть зло, сидящее с ними за одним столом. Они искали в Эпштейне мецената эпохи Возрождения, а нашли Мефистофеля с чековой книжкой.
Возможно, это и есть главный урок «файлов Эпштейна»: интеллект не гарантирует мудрости, а моральная философия – морального поведения.
К слову, это будто и про русскоязычную оппозицию за пределами Родины…
Даже Сократ, окажись он в XXI веке, мог бы, наверно, оказаться на ужине у Эпштейна, обсуждая природу справедливости, пока в соседней комнате творилась бы несправедливость чудовищная.