Исчезновение меня, или Шашлык из книг
Не только меня, конечно.
Пишут мне дружественные библиотекари из Казани: вчера пришло распоряжение из РГБ, из Ленинки. Теперь книги иноагентов не только надо убрать из публичного доступа, но и вообще убрать. В том числе из всех каталогов. Стереть. «Изъятие из бумажных фондов и из электронных каталогов» — вот как это называется.
При этом, если попросит читатель, то по закону должны дать. Но читатель должен знать, что существуют такие люди и должен настаивать на своем желании их получить. А так, если ты студент и занимаешься городскими легендами или советской повседневностью, эта книжка никогда не попадается в твою сферу внимания.
Ее просто нет, как и других книг аноагентов. Распоряжение из Ленинки обещали прислать.
И одновременно в Пражской галерее в Праге открылась выставка READ, пишет мне другой читатель. И там инсталляция, кебаб из книг (тут игра слов, потому что буквально китаб кебаб, китаб — «книга» на арабском).
Книги, которые сжигают. И там наши с Анной Кирзюк «опасные советские вещи»: их метафорически сжигают в Праге и почти реально — в РФ.
UPD. Вот письмо из Ленинки по поводу книг иноагентов и экстремистов. Оно довольно спокойное по тону и написано в стиле «сейчас мы объясним, куда можно соломки постелить».
Интересных момента здесь два.
Первое — это то, что библиотекари пытаются защитить себя от доносов. Письмо начинается с того, что участились «обращения граждан по поводу книг, которые не способствуют формированию духовно-нравственных ценностей».
Второе — тут нет информации про изъятие книг иностранных агентов из общего пользования. Однако в дружественной библиотеке было решено — время сейчас такое — книги изъять из доступа, а их описание — из каталогов. Чтобы чего не случилось. А вдруг. На таких людях, говорящих «а вдруг проверка» и держится система репрессий.