Радикальное проявление нашей общей извращенной политической логики
Занятно, что в той версии сообщения анонимных источников и не менее анонимной европейской разведки, которую приводит Financial Times, нет никакого заговора под руководством Шойгу (зато есть цитаты Фариды Рустемовой и Татьяны Становой, что гораздо умнее).
Вообще по опыту чтения такого рода донесений скажу, что обычно они содержат какое-то информационное зерно (собственно сообщение), а вокруг него накручено то, что малограмотные люди называют «аналитикой», то есть рассуждения и фантазирования по поводу.
Кажется, в нашем случае сообщения два (полтора): о том, что после убийства в Москве генерала Сарварова президент собрал совещание с целью ответить на вопрос, кто должен был его охранять и почему не охранял его никто. Участники перекладывали ответственность друг на друга, говоря, что у них нет ̶с̶ы̶р̶ь̶я̶ ̶и̶ ̶к̶а̶д̶р̶о̶в̶ обязанности и возможности охранять кого бы то ни было.
Битву эту выиграл Герасимов, заставив ФСО добавить к своему списку охраняемых лиц ещё десять генералов.
Со своей стороны, ФСО охраняет президента, как может, и ради этой святой цели отобрало у обслуживающего персонала телефоны, велело им ездить только служебным транспортом и поставило им дома камеры (что они надеются там увидеть, интересно).
Он же, со своей стороны, обитает с семьей в краснодарском бункере (где это? и не безопасней было бы сидеть как раз на Валдае, подальше от линии фронта?), питая информационное поле консервами, а сам встречается с военными для обсуждения очередной Токмачки.
FT не говорит, что интернет в Москве отключило ФСО – ФСО у них расставило посты с собаками вдоль Москва-реки, и они должны предупреждать атаки дронов (лаять, видимо). Случился весь этот перепуг после операции «Паутина» и извлечения Мадуро из Каракаса. Интересно, что убийство аятоллы в этом списке тревожащих событий не названо.
Ничего невероятного в изложенном нет: что ФСО патрулировало центр Москвы в середине-конце апреля, видели все, что сотрудников офисов в центре выгоняли на удаленную работу, известно. Что все конвульсии с форматом парада вызваны опасением за безопасность лично президента, можно догадаться. Что его график, публичные появления и публичный имидж давно подчинены соображениям безопасности в первую очередь, а политической эффективности или хотя бы внешнего приличия в третью, тоже заметить нетрудно.
Это вообще радикальное проявление нашей общей извращенной политической логики: если безопасность превыше всего, то безопаснее всего нигде не появляться, ничего не делать и вообще перестать существовать. Идеальное стремление к безопасности – это стремление к смерти, где нет уже ни угроз, ни вызовов, ни печали, ни воздыхания.