Дыра в бюджете против дешёвого топлива
Я все больше укрепляюсь во мнении, что одним из шагов правительства в рамках антикризисных действий и латания дыр в бюджете может быть отмена демпферного механизма регулирования цен на топливо.
Демпфер, предполагавшийся как нейтральное в плане бюджетных доходов на средней или долгой перспективе средство сглаживания колебаний цен на топливном рынке, давным-давно превратился в средство субсидирования заниженных цен на топливо. У правительства проблемы с увеличением доходов — понятно, что поднимать налоги далее уже невозможно, это, скорее всего, не даст прироста доходов, экономические агенты начнут уменьшать свою производительность и уходить в тень. Налоговая база и так сокращается в силу ухудшения дел в экономике, соответственно, надежд и возможностей для роста каждого из двух множителей в формуле валового ненефтегазового налогового дохода нет. Ограничивать расходы тоже не получается — скорее, война будет требовать их увеличения. Остается урезать выплаты населению в том или ином виде.
Для сопоставления — месячные выплаты пенсий в России — около 1 трлн. рублей, а выплаты по демпферу составили в мае и апреле более 200 млрд. рублей в каждый месяц. Да, это происходило в месяцы, когда нефтегазовые доходы были высоки, в тяжелом феврале правительство даже получило от нефтяных компаний почти 19 млрд, но периоды высоких цен на нефть — это сейчас чуть не единственная возможность для правительства накопить хоть сколько-то, и делиться этими накоплениями с населением ему сейчас совсем не хочется.
К чему это приведет? Ежегодные продажи топлива в России — около 7.5 млн. тонн в месяц. Получается, в марте–апреле правительство тратило в виде демпферных выплат около 27 тыс рублей на тонну или 34 рубля на литр. Если эта сумма переносится напрямую в цену на заправке с прибавкой НДС это дает прирост в 41.5 рублей на литр или рост на 60%. Немало. Понятно, что это сейчас, в период высоких цен, обусловленных блокадой Ормузского пролива. В январе цены могли быть такими, какими были, и безо всякого демпфера. Впрочем, такой рост не был бы беспрецедентным — в США с начала года цены на бензин вырастали на 48% (сейчас они несколько снизились), в Германии — от самой низкой точки года к самой высокой на 20%.
Но допустим, цены вырастают на 60% относительно нынешнего уровня и такими и остаются, даже когда мировые цены на нефть пойдут вниз. Есть устойчивое мнение, что такой рост цен на топливо приведет к «раскручиванию спирали инфляции» сверх любых возможных пределов, что для правительства будет недопустимо. Но так ли это?
Затраты на топливо — это относительно небольшая доля в корзине потребления. Росстат закладывает 4-5% при вычислении индекса потребительских цен. Понятно, что топливо так или иначе присутствует и в цене всех прочих товаров. Ну что ж, ежегодные средние затраты на топливо в России — 6-7 трлн. рублей при ВВП в 200 трлн. или даже больше. Конечное потребление домохозяйств — около 100 трлн. Даже если цена на топливо удваивается, и это полностью транслируется в цены, это дает вклад в общую инфляцию около 3-5% и максимум 6-7% в потребительскую. Немало, но и не «галопирующая инфляция» — и это оценка сверху.
Можно это анализировать и не на пальцах, а с помощью матриц «затраты-выпуск», этому спору много лет, 15 лет назад такой анализ еще в ЖЖ проделал замечательный экономист, обозреватель «Эксперта» Сергей Журавлев zhu_s, к сожалению, умерший несколько лет назад. (пост назывался «Нефтегазовый шок. Не так больно, как кажется»).
Кроме того, это не инфляция как таковая (постоянно присутствующая скорость роста цен), это однократный сдвиг уровня цен, куда менее неприятное экономическое явление. Различные страны (Индонезия, Мексика) проводили отмену субсидирования внутреннего потребления нефтепродуктов, получали рост инфляции на 3% на полгода-год, после чего она возвращалась к привычным уровням.
А еще, эта мера может вести к ослаблению рубля (вела бы в нормальной открытой экономике, для российской с ее ограничениями на внешнюю торговлю и потоки капитала все заковыристей), что с точки зрения и Минэка, и Минфина, было бы, пожалуй, благотворно.
Понятно, что бензин — это маркерный товар, который кроме объективных эффектов создает еще и инфляционные ожидания, которые в России имеют бОльшую психологическую составляющую, чем в Европе и США, но все-таки это эффект второго порядка.
Ясно, что население радо этому росту совсем не будет, но хороших и легких мер у правительства, кажется, все меньше, а эта — из тех, что не только приносят практически мгновенный денежный результат, но еще и академически правильная, а на настроения населения, правительство, кажется, обращает уже все меньше внимания.